Три кита. Нам нужно видеть горизонт…

Того, кто его создал!

«Но мы должны оставить более сведущим, чем мы, труд раскрыть все отношения этого факта, поразившего нас в этом переходе. Мы только отметим, что по-видимому здесь имеется новое доказательство, что всякой троице второй член является двойственной сущностью, и может, преодолевая двойственность, стремиться к двум крайностям, которые оно соединяет. Мы считаем, что должны указать на этот факт, вероятно уже известный, но о котором, мы нигде не встречали упоминания», – доктор Папюс, французский врач и оккультист.

\число/\название/\символ/\образ/

11      мужчина    огонь    небо

88     женщина    вода    земля

Монолог о двойственности,

о великой тайне числа и

о возникновении перемен

Сокрытое…

Как рассказать мне это?

Зачем?

Хочу понять число

и объяснить тебе,

чтоб видеть ты могла

одиннадцать и восемьдесят восемь,

воочию – от головы и до хвоста.

«Дракон выходит к нам

из сердцевины», —

так можно выразить об этом

прообраз скрытых моих мыслей.

Сокрытое?..

Сокрыто ли оно?!

О моя радость,

разве ты не видишь,

как ночь темна и светел ясный день?

Взгляни на них —

они одно,

но… разные одновременно:

одно, как временное проявление

(их вместе сутками зовём);

и разные, как частное,

по внутреннему содержанию

(ночь – тьма; день – свет).

Так всё устроено

в безумном мире этом, —

всё, всё и в том числе число…

Вот почему одиннадцать здесь,

как один;

а восемь – восемьдесят восемь

(число это одно,

но в проявлении различно).

Ты посмотри вокруг!

Ну, видишь измененья?

Там ложь и правда

так же точно,

как ночь и день, —

одно и разное…

Когда изменчивость мы замечаем,

в себе, снаружи ль возле нас,

то отмечаем это и в числе

двоичностью единой;

когда ж встречаем неизменность,

тогда её мы отмечаем

единичностью числа.

Двоичность в устремленье миг короткий,

как страсть и холодность

в единости любви.

Проходит страсть,

и холодность проходит,

а в единичности нет ни начала

ни конца!

В ней тоже всё стремится,

но не исчезает —

меняется, не пропадая насовсем.

Не так в двоичности

беспечно-мимолётной,

в которой кружится круговорот

из жизни и смертей.

Он низвергает наши души в бездну —

двоичность времени,

неотвратимость смерти

тленных тел…

Вот Солнце —

сияет прямо надо мной, на небе.