Выбор Евы. Гастрольные истории. Любовь – тональность ля минор

Из глубины темного коридора бесшумно вышла худощавая блондинка с челкой, закрывающей глаза. Ярко сверкнули крупные серьги в ушах. Дэн передал ей вещи.

– Приготовь нам, будь добра, кофеечек и подай в музыкальный зал.

Иветта, не поднимая глаз, взяла плащ и вышла.

– Это кто? – спросила Ева.

– Моя домработница, – ответил Дэн, открывая двери.

– Как-то она не очень похожа на прислугу…

– Она большой профессионал. Вот сюда, прошу!

Они зашли в большую квадратную комнату с окнами до пола. Изящно поблескивали изгибы старинного рояля.

– Знаешь, о чем я мечтал, пока мы ужинали? – Данил театрально опустился на колено перед Евой.

– О чем же? – Щеки у Евы вспыхнули, искорки с готовностью впились в кожу.

– Сыграть с тобой дуэтом. Сыграй, умоляю!

Ева засмеялась.

– Что ж. – Она достала скрипку.

– Кофе. – Иветта уже ловко расставляла на маленьком столике изящные чашки, кофейник и вазочки с печеньем.

– Твой футляр совсем промок, – заметил Дэн, вытирая капли с поверхности. – Иветта, нужно привести его в порядок.

– Не переживай, – повернулся он к Еве, – Иветта у нас настоящая волшебница по части ухода за кожей, я доверяю ей, твой футляр в надежный руках!

– Да я и не переживаю! Спасибо! – Ева отдала футляр Иветте.

– Ну же, я сейчас сгорю от нетерпения! – Он приобнял Еву и подвел к роялю.

– Что скажешь насчет Дебюсси? «Девушка с волосами цвета льна»? – предложил Дэн и прикрыл глаза.

Ева кивнула и взмахнула смычком.

С первых же тактов ей стало понятно, что дуэтом он играет, судя по всему, впервые.

Ева попробовала подстроиться, но Дэн был непредсказуем. Она, еле сдерживая смех, опустила смычок, разглядывая его вдохновенное лицо. Дэн даже не сразу заметил, как перешёл с дуэта на соло.

* * *

От бесчисленных поцелуев и ласк вся кожа горела, глубокое чувство удовлетворения перетекало от позвоночника к животу. Ева потянулась, выгибая спину. Шум в душевой кабине звучал в унисон с проливным дождем, она встала и вышла в зал. Взяла скрипку.

За огромными окнами едва виднелись очертания башен Старого города. Сейчас ей хотелось чего-то особенного. Мелодия полилась сама собой, как продолжение ее ощущений.

– Прошу меня простить, ваш футляр я оставлю здесь, – послышалось за спиной.

Ева повернулась и прикрылась скрипкой.

– Да, благодарю вас, э… Виолетта.

– Иветта. Лудзу, – ответила, сквозь зубы, она.

– Ой! Что, простите?

– Это значит «пожалуйста», – сказала, холодно улыбаясь, Иветта.