Случаи ясного сознания при клинической смерти

Далее, отдельные участки кожи связаны через спинной мозг с внутренними органами, если кровообращение в этом участке повысится, возникнет дополнительная иннервация и внутреннего органа, к нему притечет кровь, усилятся иммунные процессы, что в некоторых случаях может иметь положительный лечебный эффект. Нам даже удалось измерить реакции внутренних органов (почка, печень) при воздействии экстрасенсов. Далее, мы установили, что реакция кожи имеет исключительно тепловой характер: она сохраняется при изоляции руки от кожи материалом, пропускающим инфракрасное излучение, и исчезает, если рука изолирована от тела инфракрасным фильтром» (Тараторин, 1997).

Существуют и другие исследования на эту тему, например эксперимент Махера (Maher) и коллег по исследованию рук целителей до сеанса и после (Maher, 1996). Их исследование основывалось на утверждении Куперстейна (Cooperstein) о том, что хилеры (целители) имеют при сеансе: гипо- или гипервозбуждение; соматические колебания и ритмические отголоски этих колебаний; термические изменения – тепло или холод; ощущения, похожие на волны; какой-то непонятный энергетический слой вокруг тела; текущий поток, движущийся от ног к рукам через тело; а также субъективные изменения в эмоциональной чувствительности; и сдвиг к неаналитическому, некритическому мышлению (Cooperstein, 1992).

Эксперименты Брауда (Braud), Шафера (Shafer) и Эндрю (Andrew) показали, что ментальное намерение само по себе может воздействовать на физиологию на расстоянии.

(Braud et al., 1993).

Александр Тараторин рассказывает об интересном случае с физиком Ю. С. Харитоновым. Харитонов имел докторскую по физике, но в свободное время лечил знакомых. Однажды они пригласили Харитонова к больному, «у которого кровообращения в ноге совсем не осталось, сосуды перекрыты, нога накануне ампутации. Ничего не помогало, никакие инъекции». Харитонов провел руками вдоль ноги, и «она вспыхнула на экране тепловизора, кровь пошла, как будто сосуды мгновенно открылись.

Все выпали в осадок. Я к этому времени уже много таких экспериментов видел, если реакция и была, то слабенькая и медленная, с постоянной времени минут 15—20, а здесь за минуту нога в норму пришла» (Тараторин, 1997). Тараторин признается, что ни первый случай, ни второй случай с Харитоновым он не может объяснить. А вторым был «слепой» эксперимент, так как никто из них не знал, что и когда Харитонов будет делать с больным, который находился в другой комнате.