Научно-практический комментарий решений Европейского Суда по правам человека по жалобам граждан Российской Федерации

В то же время, в Воронежской области, где произошли описанные в постановлении ЕСПЧ события, сформировалась точечная практика уголовного преследования сотрудников полиции за противоправные действия в отношении задержанных (например, в 2018 г. к 10 годам лишения свободы осужден оперуполномоченный, признанный виновным по ч. 3 ст. 286 и ч. 4 ст. 111 УК РФ: суд однозначно установил, что телесные повреждения, причиненные потерпевшему, образовались в период, когда он находился наедине с подсудимым, а подсудимый был заинтересован в силу занимаемой должности в раскрытии преступления, в котором подозревался задержанный[36 - Уголовное дело № 1–53/2018 // Архив Ленинского районного суда, г.

Воронеж.]).

Позитивным последствием принятия решения по данному делу можно назвать усиление статуса общественных наблюдательных комиссий (например, летом 2018 г. были внесены изменения в Федеральный закон «Об общественном контроле за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и о содействии лицам, находящимся в местах принудительного содержания», в соответствии с которыми членам ОНК разрешено фиксировать жалобы задержанных с помощью фото— и видеотехники).

Главным негативным последствием можно назвать то, что до настоящего времени регулирование статуса задержанных остается неоднозначным, поскольку в законодательстве отсутствует четкая связь между фактическим и юридическим ограничением свободы. Хотя нормы КоАП РФ и УПК РФ требуют составления протоколов задержания и фиксации сведений о задержанном, имеется ряд пограничных ситуаций, когда эта обязанность может не исполняться (в случаях, подобных рассмотренным в настоящем деле, пребывание задержанного фактически в статусе подозреваемого может вообще не получить никакого документального отражения).

При этом родственники задержанных могут и не получать никакой информации о них в течение длительного времени (например, если лицо подозревается в причастности к террористической деятельности, ст. 100 УПК РФ допускает его арест на срок до 45 суток, а ч. 4 ст. 96 УПК РФ вообще разрешает не извещать о задержании, если этого требуют интересы расследования).

Постановление от 01.12.2016 по делу «Герасименко и другие против Российской Федерации» (жалоба № 5821/10)[37 - Европейский Суд по правам человека (Третья секция). Дело «Герасименко и другие (Gerasimenko and Others) против Российской Федерации» (жалобы №№ 5821/10 и 65523/12): постановление Суда, Страсбург, 1 декабря 2016 г. [электронный ресурс].