Чечня и власть Советов. 100-летний юбилей Чеченской автономии

Огненная кара, постигшая сожженный до основания, до последнего курятника Чечен аул не оказалась еще достаточно убедительным предупреждением для соседних аулов и ряд новых эксцессов принудил русское командование принять новые суровые меры к наказанию виновных и обречь на гибель и разрушение новый ряд проживающих аулов. Снова загрохотали орудии у подошв притаившихся гор. Организованные и плохо вооруженные повстанцы, но их же выражению очень боящиеся зеленый фургона, – т. е. наших. «Они, вероятно, вспоминают времена Шамилю, времена покорения Кавказа, когда горы служили действительно, почти непроходимым препятствием и рассчитывают снова повторить то, что ушло давно в седую глубь веков навсегда и безвозвратно.

Они не принимают в расчет, что именно эту «зеленые фургоны», – да еще «большие птицы» лишают самую неприступную гору всей ее безопасности. Имея орудия, бросающие снаряды на 10, 12 верст и пользуясь услугами аэропланов, корректирующих стрельбу, можно превратить в пустыню любой участок горы. Этого не следовало, бы забывать чеченскому полководцу, на выступление против Добрармии. Жужжит аэроплан, быстро и плавно скользя над головами идущей конницы. Головы задраны у всех к небу и лица менялись кровью от неудобной позы. – Ишь ты, как жарит! – А что, ребята он нас бомбой не жиганет? – Ну, брат, и сказал! Что же они там дураки сидят что ли? Чеченцам гостинчики принесут, а тут же видят-свои идут. аэроплан пролетал дальше белые направлении на молочно туманные силуэты гор. Вот показался вдали бронепоезд, тяжело пыхтя и стукаясь под тяжестью своих смертоносных орудий. Грозно смотрят пулеметы на притихшие горы, словно враждебно стучать колеса. Все технические средства войны к услугам противочеченского отряда. Однодневный переход и вдали показались какие то постройки. Издали поселок производит впечатление довольно большего городка с каменными этажными домами, утопающие в фруктовых садов. Станционные постройки вольно раскинулись по вселенному полю, окруженные каменными оградами и заборчиками. Голодные люди уже мечтали о сытном обеде, хлебе и вполне заслуженном отдыхе у гостеприимных жителей богатого, села, но напрасно. Это – Гудермес. Колоссальное кладбище целая такие чистенькие домики издали оказались голыми стенами сожженных жилищ. Нет ни одного целого или мало мальски похожего на, человеческое жилье строения. Видно, что обе воюющие стороны жгли и разрушали аул, заливали кровью его улицы. Вот лежит раскинув руки какая-то женщина.