Без Границ

Но раз тебе интересно…Я любила его. Большего всего я любила его в самом начале наших отношений. Он был старше меня, презентабельный молодой человек с идеальным будущем. А что еще нужно? Только потом я поняла, что нужна более долгая, вечная любовь. Моя любовь к нему была убита им же. В нем не было стержня, потом полезли недостатки один за другим. Потом появился ты и я… Господи, я потерла рассудок. Его жгучая блондинка стала прекрасным поводом свалить без объяснения причины.

– Ты считаешь, что ты меня любишь? – Мужчина остановился и заглянул девушке в глаза.

 – Скажи мне правду, Виктория. Что ты испытываешь ко мне?

– То, что я испытываю к тебе, намного сильнее моих чувств к Данилу. Я хочу жить тобой, твоей жизнью, чтобы ты всегда был рядом, чтобы я всегда ощущала твои горячие, сильные руки, могла видеть твои глаза, в которых светится другая вселенная…Я потеряна в своих чувствах.

– Люди называют это любовью?

– Нет, я называю это любовью. Любовь не может быть одинакова для всех людей.

– Да? – Харон задумался.

 – Странно, по крайней мере, женщины, с которыми я проводил ночи, заканчивали примерно одинаково.

– Ты путаешь любовь и страсть. – Виктория улыбнулась.

– Дорогая, по-моему это ты перепутала их, поэтому у тебя метка Люцифера на плече.

– Вот как ты к этому относишься… – Вика смотрела ему в глаза.

– Я всего лишь предположил, что ты перепутала. Не опрометчивый ли это был ход?

– Я не о чем не жалею. – Девушка пошла вперед.

Харон тронулся за ней. Он смотрел на ее спину, волнистые рыжие волосы, футболку, облегающую талию, запах…не тот запах, который Франция продавала всему миру.

Естественный запах, который мог услышать только идущий сзади инкуб. Что-то действительно было в этой солнечной девушке. Люцифер не зря назвал ее Солнцем. Виктория по-настоящему излучала светлые ассоциации. На нее хотелось смотреть и улыбаться. Что Харон и делал.

Плохо было лишь то, что он не знал жалости. Каждая женщина, после ночи с ним, клялась в любви. Они все страдали.

Демон привык к своим воздыхательницам. Его лишь удивляло, что Виктория все еще не разделила с ним ложе, не почувствовала всего его, она просто глупо влюбилась… Он даже боялся подумать, что будет, когда случится тот самый безудержный первый раз.

Было около полуночи. Виктория сидела у себя в комнате, Харон – напротив. Они оба молчали. Девушка просто смотрела и не могла насмотреться. А Харон не знал, как себя вести. Он бы первоклассным любовником.