Последняя принцесса

Ее бы убили тоже, если бы одна женщина, кажется, гувернантка какой-то из принцесс, не бросила ее в полузасыпанный песком колодец.

– Это просто невероятно. Я не могу поверить. Нам столько раз говорили…

– Элитария красноречива, но не всегда правдива. Пора, наконец, открыть глаза и понять это, Лулу. Я не знаю о дальнейшей судьбе принцессы, но помню, что когда я на следующий день вернулся к этому колодцу, ее там уже не было. А вместо нее посланники Элитарии подложили труп дочери кухарки.

– Но…

– Ты должен ее найти, Лулу.

– Что?! Я? Как, во имя богов, я ее найду? Как мне вообще понять, что это она? Я ее в глаза не видел.

– У нее на ноге, на пятке, должна быть метка. Но я не знаю, какая. Это ты тоже должен выяснить, если дорожишь нашей дружбой. Я пытался найти в библиотеке документ, где зарисована эта метка, но его нет. Исчез. Или никогда не существовал.

– Робейн…

– Я знаю. Это звучит безумно. Но для меня это очень важно. Через всю свою жизнь я пронес чувство вины за то, что не смог спасти их.

Это была прекрасная семья, Лулу. Прекрасные люди. Лучше прочих. Они не заслужили такого отношения. Такой смерти. Пообещай, что найдешь ее. Пообещай, что хотя бы постараешься найти ее.

– А если найду, что мне с ней делать?

– Привези ее в Ульмарский дворец. Дальше пусть решает сама. После этого я буду знать, что ты сдержал слово. Обещаешь?

Люциен посмотрел на него в упор. Робейн пронзил его взглядом синих, как сапфиры, глаз. Его очертания стали размываться, а кожа – просвечивать.

Вторая струйка крови потекла по подбородку, в ушах засвистел ветер, и Робейн вдруг исчез. Он словно бы вынырнул из воды и оказался на кладбище. Уставший, измотанный, но счастливый от того, что наконец узнал правду.

– Обещаю, дружище. Мы еще встретимся?

Ответом ему была лишь звенящая тишина.

***

Как оказалось, алкоголь, который вроде бы выветрился за Чертой, поглотил его изнуренное, лишенное энергии тело без остатка. И хотя голова оставалась ясной, ноги решительно отказывались идти прямо по линеечке, норовили путаться и спотыкаться о невидимые препятствия, так что Люциену приходилось ловить самого себя, силой воли удерживая равновесие.

Страшно представить, что подумал молодой извозчик, который доставил его домой, но Люциен был так благодарен ему за то, что не бросил на произвол судьбы его бестолковое тело, что отдал все деньги, которые при нем были. И хотя честный юноша долго сопротивлялся, в конечном счете мешочек оказался в его кармане.