Нижнебург. Облачная Фабрика

жаждал с этим покончить, однако им управляло не сочувствие, а простая корысть и желание вернуть сокровища, накопленные его дедом, прадедом и прапрадедом.

Перед ним опять предстала Она, вернее Её образ. Серебристые волосы в затейливой причёске, исхудалая фигура, впалые щеки, пепельно-серое лицо. Сквозь бледную кожу просвечивали синие вены. Она выглядела точно также как и за два дня до своей кончины. Несмотря на их брак, он всегда презирал Её, даже после смерти. Он отчётливо помнил, что не проронил ни слезинки.

Ему не было ни жалко Её, ни печально. Когда Джованну отравили, он похоронил Её и продолжил жить дальше своей прежней жизнью. С тех пор он созерцал Её, бледную, как смерть, каждый раз как переступал порог Совиной комнаты.

– Как мне лишить Полоза силы?

Господин Э. почувствовал сухость во всем своем теле. Его кожа натянулась как барабан, потеряв свою упругость.

– Никак – ответила комната.

– Что за шутки?! – возмутился он, – Не может быть, чтобы в мире не было ни одного артефакта, не способного усмирить полубога!

– Мож…

Комната на секунду затихла, будто ситуация в мире изменилась всего за секунду.

– Есть один способ. Его можно одолеть с помощью изу-уху-мруда, – чистосердечно ответил образ Джованны без всякой утайки.

– Изумруда… – нервно сглотнул посетитель, – какого изумруда?

– Изу-уху-мруда Малахиты.

Малахита, умевшая повелевать ящерицами и мягкими сортами поделочных камней, входила в совет губернатора пятнадцать лет назад.

Эта женщина в летах верой и правдой служила Губернии Ночи до тех пор, пока не была устранена. Не без помощи Господина Э.

– Она мертва, – ответил господин Э., а помедлив задал второй вопрос, – разве нет?

Он почувствовал, как кожа по всему телу зазудела, а местами порвалась, будто сгнившая ткань.

Тайные комнаты Облачной Фабрики обладали особой силой. Ни одна магия не действовала в их стенах, кроме магии самих комнат. Они делились с посетителями своими способностями, забирая взамен силы у тех, кто в них заходил.

Одни забирали воспоминания, зайдя во вторые человек забывал эмоции. Совиная же комната лишала вопрошавшего молодости, а впоследствии и жизни.

– Нет, – ответил образ Джованны.

Господин Э. чертыхнулся, осознав глупость своего вопроса, на который можно дать односложный ответ.

– Где находится изумруд?

Горло сковала сухость, в носу защербило. Господин Э. прокашлялся. Кашель вышел чужим, незнакомым и старческим.