Ради этого серого Неба

Я знал, что рано или поздно она вернется, и я попробую снова, но пока принялся за работу. Гера привозил холсты, я выдал ему ключ от входной двери, а комнату не закрывал. Иногда я возвращался с учебы, а новый холст уже стоял. Он стал привозить по две, а то и по три работы: одну большую и две маленькие, например. Если в чем-то сомневался, всегда звонил.

– Если картинка, в смысле, картина будет размером 30 на 20 сантиметров, успеешь ее написать? Чтобы вместе отправить?

– Я думаю да, а что там?

– Птица.

– Птица?

– Ну да, на воробья похожа. Птица сидит на жердочке.

«Птицей на жердочке» он назвал знаменитую картину Карела Фабрициуса «Щегол» 1654 года. Этот печальный сюжет я старался передать особенно. Птица, рожденная для полета, оказалась прикованной тонкой цепью к одному месту в угоду людям. Я ненавидел эту картину и страстно любил.

Темп работы ускорился, я стал быстрее подбирать краски и с радостью перекрывал ужасную печать. Вообще, современные материалы позволяют писать и просушивать картины в разы быстрее, чем раньше.

Дела шли, я даже стал верить, что это не так уж постыдно. Позже я пересматривал фотографии и понимал, что работы и вправду выглядят достойно. Деньги Гера передавал неизменно в марлевых белых тряпках. Этот прикол я понять не мог, но и не спрашивал, все время забывал, так как было много других тем для разговоров. На самом деле я понятия не имел, что делать с этими деньгами. Еду мне привозил Гера, или я покупал на те деньги, что остались на карте, платил разве что за коммуналку. Я решил откладывать. Когда я верну Лилю, мы можем продать эту комнату, и я возьму ипотеку. Можно купить машину или еще что-то, что считают нужным в современном обществе.

Я потерял счет дням, все, что мне могло понадобиться по работе, я выписывал на листок и оставлял его на видном месте. Однажды после учебы я вернулся домой, а на моем любимом кресле стоял крафтовый пакет со всем перечисленным из списка.

Как-то ночью мне приснился Леонидович, он выглядел паршиво и что-то говорил, но я не мог разобрать, словно уши у меня были заложены.

Утром я забыл про сон.

Глава 8

Когда ты теряешься по-настоящему, по-взрослому, тебе некуда деться и некого винить, нужно признать, что это именно ты сам согласился на подобный исход событий. Все происходит постепенно и накапливается, чтобы однажды ты обернулся и осознал, на скольких поворотах мог свернуть или отказаться идти дальше.