Дорога огня. Том I. По ту сторону

Дорога огня. Том I. По ту сторону

Дарина Вадимовна Смолинская

В магическом мире она получила новое имя и клеймо – огненный маг. Редкий и очень ценный для ученых Университета вид: пламя отбрасывает тени, рождает монстров, которыми можно научиться управлять. Способ утерян, во многочисленных экспериментах подопытные лишаются воспоминаний, скатываясь в безумие, но Советников это не останавливает. Им нужна власть над тьмой. Сможет ли единственный человек сломать столетиями существовавшую систему? Довериться чудовищу и собственной убийственной силе? Куда приведет Зарин Аваддон путь смерти?

Сегодня ни на что не похоже.

И не будет похоже когда-либо. Иные дни приходят и уходят, исчезая навсегда. Ничего – не каждый день важен. Но есть особенные. Меняющие, сложные. Ломкие и острые, как битое стекло. Именно с такого, кинжального осколка, начались моя история и моя память.

Сейчас воспоминания яркие, словно узоры в калейдоскопе. Сменяют друг друга, теснятся и путаются. Но время пройдет и оставит лакуны, сократит события до серых фактов, вытрет краски и запахи, даже чувства.

Жизнь, что была со мной – с нами, – превратится в чужую, подслушанную историю. О звонких звездах и вечном лете, о тихом небе – километрах бледной синевы. Закрыв глаза, возвращаюсь в наш пыльный город. Шаг за шагом. Картинками. Осторожно.

Я должна запомнить как можно больше. Я не имею права забыть.

Детали. Вот: облако застыло над горизонтом. Ветер гонит лепестки пепла по разбитому асфальту. В ожидании ночи, тихонько перешептываются горячие стены.

С сумерками они выдохнут чудовищ.

– Нестрашно. Я тоже чудовище.

Здесь дом для беглецов. Здесь тысячи птиц, но ни одной настоящей. Здесь парящие тени уносят сны далеко-далеко, к самому солнцу, а мир еще молод и полон пусть темного, но волшебства.

Здесь, однажды, я поняла:

– Как бы далеко ты ни зашел, нужно идти еще дальше.

I

Первый июньский полдень. Оглушительная жара. Солнце выжгло жизнь из каждой щели. Линялые двухэтажные дома затаились, доживая последние дни перед сносом.

Истрескавшиеся стены напрочь отрезают городской шум. Значит, никто не услышит. Идеально.

Крики – большая проблема.

На сорок второй улице пусто. Ни припаркованных машин, деревьев, ни клочка тени. Заколоченные окна, граффити и выбитые двери в парадных. Рваный ритм мертвой застройки. Подходящее место. Полдела сделано.

Снова подкатывает тошнота, кружится голова. Тяжесть сумки впивается ремнем в плечо.