Экзамен для профессора. Цикл «Университет Азуин»

Но что, если это не так? Что, если его заперли, заключили насильно? Слишком много лет прошло, чтобы имеющиеся сведения можно было назвать неоспоримыми. Да и вообще я всегда сомневалась в предлагаемых объяснениях. С чего бы монстру запираться, ограничивать себя, если его-то тогда всё устраивало? Нам говорят, «договорились», «пришли к соглашению», но это всё – просто слова. Никаких тебе документов. Никакой, к примеру, каменной стелы с рунами договора и следами когтей (ну или как там драконы расписываются).

С другой стороны, не так уж сильно я интересовалась символами университета, чтобы изучить все источники.

Может, где-то что-то и есть.

А если, всё-таки, насильно?

Вот чёрт!

Он же в состоянии разнести полстраны, если злость застит ему глаза.

Стоп! Стоп. Драконы же мудрые? Мудрые. Даже дракены, поговаривают, очень приятные собеседники, вдумчивые и обстоятельные, если соизволяют снизойти до обычных смертных. Так что драконы тем более. Но сохранил ли Азуин эту мудрость в заключении? Может, у него драконий альцгеймер.

Я хихикнула. Покачала головой: и чего только в неё не приходит. Отерев рукой стекающий со лба пот – агмараты росли только в настоящей парилке – я отошла от миксера. Дальше субстрат пойдёт по распределительному конвейеру без моего контроля.

Я оглядела теплицу. Это было небольшое помещение – ну, по сравнению с промышленными парниками, выращивающими сырьё на продажу. Впрочем, оно вмещало всё, что было нужно для первичных исследований: настольные и подвесные контейнеры, смесители, насосы, транспортёры, сложную систему полива, вентиляторы и обогреватели, новенький пульт управления, кучу датчиков и стеллажей с бесчисленными колбочками, баночками, пробирками и прочим, с которыми я колдовала над новыми питательными смесями.

В отдельной прохладной комнатушке за стеной – несколько микроскопов, картотека, холодильник с образцами, компьютер (правда, без голографического монитора, как в моём кабинете) и, самое ценное, журналы со всеми описаниями экспериментов.

Результаты работы радовали.

Мы уже год пытались добиться от агмаратов увеличения сочности листвы. Тут всё просто: больше сока – больше эссенции. Больше эссенции – проще и дешевле работа телепортов, то есть само путешествие. Больше путешествий – больше связей. Развитие, экономика и всё такое, ага.

В принципе, прогресс был: мы подняли толщину сокообразующего слоя процентов на тридцать в среднем. Однако, это лишь первое – второе поколение растений. Для селекции – совсем малость.