Легенда о Великой волне

– Нет, я не хотел…

– Есть другие предложения? Или, по-твоему, лучше сломать трубы об этот камень?

– Капитан, при всем уважении… – Фраза повисла в воздухе.

– Уважение – в нем-то все дело, Заид! Как только вернемся на Сиракк, отдам приказ начинать работу. Ночка предстоит длинная.

– А это что еще за хрень?

Мелакко, не обращая внимания на вопрос Ясира, шел по мостику.

– Смотри башкой не стукнись.

Он пригнулся и исчез в темноте. Через несколько минут, не дождавшись мальчишки, высунул из люка руку и сделал знак поторапливаться.

Ясир последовал за ним, озираясь по сторонам. До самого горизонта тянулись дюны, черные как смола, и такие же горы…

Надо смотреть под ноги.

– Это корабль, да? Остов корабля?! Черт подери, ты живешь на остове?! – Мальчик успел пригнуть голову, чуть было не ударившись о кусок металла, который свешивался откуда-то сверху. Палуба накренилась на один борт, и поручней почти нигде не было. Ясир оглянулся, чтобы рассмотреть панораму: если не боишься голову свернуть, можно прыгать с одной шины на другую, не ступая на песок.

– Миллионы… Разве сосчитаешь? – ответил Мелакко откуда-то из темноты. – Колеса, покрышки, ступицы, ошметки резины. Невелика ценность, зато все мое. Мое собственное море.

Внутри остова было темно – хоть глаз выколи. Того и гляди оступишься и провалишься куда-нибудь.

Сзади с огарком свечи подошел Мелакко, прикрывая рукой пламя от сквозняков.

– Надежное местечко. Идеально подходит для разведения ржавчины.

– Ты живешь тут один? – Ясир не знал, вежливо ли так спрашивать, но ему хотелось избежать сюрпризов, учитывая обстоятельства. Он внимательно смотрел, как хозяин зажигает четыре большие свечи и по комнате разливается синеватый свет. Потом Мелакко открыл рундук, вытащил оттуда кипу грязных тряпок и бросил их на ввинченный в пол столик.

– Солонину любишь? – спросил он, орудуя рыбным ножом.

У Ясира потекли слюнки. Он присел на некое подобие табуретки, взял три больших куска и долго молча жевал, рассматривая тени от пламени свечей, дрожавшие на стенах.

Правда, сам он есть не стал. И пить Ясиру не предложил.

Мальчик вытер рот рукой и сдержал отрыжку.

– А ты почему не ешь?

Мелакко смотрел на него в упор. Но казалось, не слышал вопроса, а витал где-то в своих мыслях.

– Не хочешь? – не унимался Ясир.