Малая Морская улица

Лауреат Анциферовской премии за общий вклад в петербургское краеведение.

Часть первая

Четная сторона

Малая Морская улица, 2; Невский проспект, 11; Кирпичный переулок, 2

В 1710 г. архимандрит Феодосий обратился к государю с письмом, в котором писал: «Повелено мне приезжать в Санкт-Петербург для управления духовных дел, а под дворовое строение, где мне и при мне служащим жить, место не отведено». Эта просьба Феодосия вполне обоснована – петербурское духовенство в это время подчинялось Новгородской епархии, и архимандриту приходилось часто приезжать в Петербург из Новгорода.

В том же 1710 г. начали прорубать просеку от Адмиралтейства к Новгородской дороге – будущий Невский проспект – и Феодосию отвели угловой участок размером 12 на 20 сажен на месте пересечения Невского и Луговой улицы, сейчас Малая Морская, дом 2/11.

Почти сразу под руководством Феодосия начали строить Алексадро-Невскую лавру, и застройка участка на Луговой улице затормозилась.

Только в 1716 г. Феодосий распорядился «у архитектора Дрезина (т. е. Трезини) взять рисунок монастырскому подворью, как строить мазанки от префектова двора по погреб». К осени 22 верхних и нижних «жилья» были закончены и покрыты черепицей. Подворье было огорожено тыном, имело ворота и двор. При монастырском подворье был построен шалаш для сенной продажи. В документе есть сведения о том, что подворье имело форму пятиугольника.

По приказу графа Ивана Алексеевича Мусина-Пушкина на подворье жил иеродиакон Варнава, который переводил книги с латинского на славянский, а в 1725 г.

«стоял» прибывший в Петербург грузинский «принц», или «царь», Вахтанг Леонович. Но карьера Феодосия к этому времени закончилась. Достигнув чина вице-президента Святейшего синода, он начал заниматься «неподобающими делами», и по указу Екатерины I был сослан в далекий монастырь и вскоре умер.

В 1731 г. ввиду возвращения Святейшего синода из Москвы было приказано освободить подворье от постороннего постоя, в том числе живших здесь к этому времени солдат Преображенского полка.

Во время большого пожара 1736 г. Адмиралтейское подворье «сгорело все без остатку». От монастыря требовалось построить новое подворье длиной 40 сажен. Не имея средств на эту постройку, монастырь просил дать разрешение строиться на другом месте, «против прежнего с уменьшением», т. е. дать место в той же Луговой улице и то же «наугольное».