Драконьеры

Мы шли до самой темноты, надеясь найти воду, а когда непроглядная темь и усталость все же вынудили остановиться на ночлег, всё время чудился тихий переплеск речных вод.

Плеск воды чудился недаром – до реки мы не дошли совсем чуть-чуть. И, напившись, отправились искать переправу – речка была достаточно глубока, а сильное течение не вызывало желания переправляться вплавь. Можно было бы остановиться на денёк порыбачить, но не хотелось затягивать путешествие, которое и так получилось длиннее, чем предполагали мы с охотником.

Переправа нашлась нескоро – уже были видны проблески марева бездны между деревьев, когда мы наткнулись на старое поваленное дерево, упавшее кроной на другую сторону реки. Дерево было подрублено, а не вырвано с корнями – это была старая переправа охотников или просто путников, идущих в Янавр. Ну, сойдёт и такая переправа, несмотря на то, что ствол лежал в воде, недотягивая где-то восьми локтей до берега, неизвестно, сколько времени пришлось бы искать что-либо другое, более удобное.

Старая древесина влажно скрипела, но держала, местами мягко проседая под ногами. Я боялся, что старое порченое дерево не сможет выдержать мой вес, и каждую секунду ожидал погружения в холодную воду. Учитывая то, что река впадала в бездну, ничего хорошего это купание не сулило. Но все обошлось благополучно: мы вылезли на берег насквозь промокшие – глубина возле берега была мне по горло, зато без приключений и происшествий.

К полудню стало заметно, что тропинка идёт под уклон – местность начала понижаться, но это стало очевидно, только когда мы набрели на родник, ручеёк из которого тёк вниз по склону, а не в сторону бездны, как это происходило на равнинах.

Он весело журчал по камешкам, между неглубоких бережков, поросших сочной зелёной травкой. Было здорово идти вдоль него, а ещё лучше – снять сапоги и пойти босым, по щиколотку в воде…

Трофей вдруг напрягся, остановился, насторожив уши и принюхиваясь: где-то впереди был или враг, или добыча.

Оглянувшись на меня, он вдруг сорвался с места, и в несколько гигантских прыжков исчез за кустами, скрывающими изгиб речушки.

Длинные тонкие ноги не спасли оленька – грациозное животное, с которым в скорости могли потягаться только твари-из-бездны. Он лежал в траве неподвижно, превратившись из живого триумфа природы в определённое количество мяса. Трофей сидел над добычей и поджидал меня.