Ты – моя жизнь

В ней всё было слишком: слишком маленькие глаза, слишком курносый нос, слишком пухлые губы, слишком тонкие брови и слишком много веснушек.

– Я в курсе, – Катя прищурила свои и без того узкие глаза, – Есть проблемы?

Да!

– Нет, – качаю головой, возвращаясь к своему чемодану. От своей трусости становилась противна сама себе.

– Ну, так ты ответишь?

– На что?

– Как ты сюда попала?

Я не хотела говорить, но и молчать у меня не вышло бы. Только не с такой как Катя.

– У меня погибли родители.

– Печально, – девушка удобнее устроилась на кровати, – А сколько тебе лет?

– Тринадцать, а тебе?

– О, значит, тебе ещё не скоро выпустят отсюда.

Сочувствую искренне, – мой вопрос так и остался без ответа, да и это меня волновало меньше, стоило только осмыслить слова девушки.

– Нет, – качаю головой, чувствую, как слёзы вновь подкатывают к глазам, – Я здесь надолго не останусь. Меня скоро тётя заберёт. Она обещала.

Наверное, это было моей ошибкой.

Катя мигом выпрямилась на кровати, а непонятный для меня блеск в её глазах заставил насторожиться.

В комнате наступила тишина, даже девушки, которые о чём-то мирно переговаривались, замолчали.

– Тогда не стоит раскладывать вещи. Уверена, ты исчезнешь отсюда быстрее, чем думаешь.

Я и правда перепугалась настолько, что убежала вон из комнаты, не успело и пройти пяти минут. Косые взгляды не давали вздохнуть полной грудью, и голос Кати, не предвещающий ничего хорошего, заставлял задыхаться от нехватки кислорода.

Почему я не могу держать язык за зубами, когда это так необходимо?

Быстрым шагом прохожу по длинному коридору, пока не натыкаюсь на лестницу.

В этих коридорах очень легко запутаться, но возвращаться обратно в комнату боялась. Почему-то слова Кати казались пророческими. Наверное, дело во взгляде, которым она меня одарила, и интонации голоса. На последнем этаже располагались душевые кабинки и туалеты, поделённые на мужские и женские, а также имелись и общие, но судя по закрытым дверям, они были сломаны.

Ещё издали вижу несколько девчонок в женском туалете и приостанавливаюсь.

Не хотелось, чтобы кто-то видел мои слёзы, не хотелось, чтобы меня вновь одарили взглядом и ухмыльнулись на мой внешний вид. Никогда ещё не чувствовала себя так ничтожно, как сегодня. Платья, которые я так люблю и которые заполнили весь мой чемодан, казались, настолько нелепыми и детскими, что от досады хотелось топнуть ногой и, желательно, провалиться сквозь землю.