Первый обсидиан

С приближением к центру Области все становится таким белым, что начинают скрадываться контуры вещей – идешь как будто в белом мраке.

– Белый мрак! – покачал головой Кангасск. – Не могу представить.

– Представишь завтра, никуда не денешься, – обнадежила Влада. – Так вот: контуры не видны, и в этом случае ты неизбежно провалишься в какую-нибудь дыру. Лететь будешь долго: никто не знает, кончаются ли эти дыры вообще. Они порождены магической нестабильностью, все время перемещаются по одним им понятным законам, так что нет, не пройдешь Белую Область просто так.

– У тебя что, есть особенный план на этот счет?

– Конечно. Мы ее пройдем без проблем.

– Откуда такая уверенность? – после всего услышанного Кангасск был настроен скептически.

Влада сняла котелок с огня и поставила на траву. Теперь можно было беседовать, попутно черпая ложками горячий суп.

– С нами чарги, Кан, – сказала она, – и потому мы пройдем. Я тебе расскажу о них, чтобы ты понял. Чарги – древний разумный народ, ровесник народу человечьему.

Ты думаешь, мы просто купили их и поехали, как на послушных пустокорах или тарандрах? Не так все, Кан. Совсем не так. Это они согласились присматривать за нами, везти нас, охранять, согревать по ночам. Настоящий хозяин их – тот, у кого они выросли. Его они считают отцом. Однажды мы их отпустим и они вернутся к нему в Рубеж.

Так вот, Кангасск… Мы пройдем Белую Область. Потому что с нами будут чарги. У них иное зрение, чем у нас, и то, что для нас сольется в белый мрак, для них будет иметь осмысленные границы и цвета.

Они проведут нас меж бездонных ям; и сильфов разгонят по мере сил.

– Сильфы?.. брр… – поежился Кангасск, сразу почувствовав себя неуютно, несмотря на яркий костер и горячий суп. – Я про них всякие гадости слышал… хотя, вроде бы, они растениями питаются.

– Питаются, – кивнула Влада. – Имаго, конечно, питаются. А вот личинкам нужно в ком-то расти. И лучше не задерживаться в Белой Области, если не хочешь стать для них домом.

Потому и спать там никак нельзя. Конечно же, это не смертельно, – Влада поучительно подняла палец. – Но неприятно.

– Правда все, значит… – покачал головой Кангасск, вспоминая некоторые особенно неприятные картинки из своей энциклопедии.

И сразу не такой безопасной показалась временная стоянка, и дубы не такими славными: они словно сдвинули помрачневшие в ночи кроны над головами путников.