Краткое пособие, как стать личём, или Некромант, девушка и проклятая книга

Сколько уже раз он видел его в своих снах? Сколько уже раз он видел эту едва заметную морщинку на лбу, которая появлялась в те моменты, когда его обладательница хмурилась? Видел этот маленький милый носик с его немного приподнятым кончиком; эти слегка припухлые, чувственные губы красного, почти алого, цвета? Сколько уже раз он хотел прикоснуться к этим розовым щекам, на которых в момент широкой улыбки с её белоснежными ровными зубками появлялись очаровательные ямочки?

Не совладав со своим желанием, Корнер протянул к ней левую руку, но тут же скорчил мучительное лицо, почувствовав резкую боль в области рёбер.

– Фух, ты очнулся, – облегчённо выдохнула незнакомка. – Но, пожалуйста, перестань шевелиться. Я ещё не закончила.

– Что не закончила? – непонимающе переспросил некромант.

– Лечить тебя.

– Лечить? – удивился Корнер, пристально разглядывая девушку. – Получается, ты чародейка?

– Нет, – несколько смущённо ответила она, отведя взгляд. – Не знаю, как объяснить это, просто я с самого детства могу исцелять любые раны, стоит мне только коснуться их.

А ведь и правда. Юноша только сейчас понял, что отгоняющее боль тепло, которое согревало его всё это время, исходит именно от рук девушки, лежащих у него на груди.

– Но разве такое может быть? Если ты умеешь лечить с помощью магии, то и колдовать должна не хуже.

Девушка отрицательно покачала головой:

– Я не способна колдовать. Как-то к нам в деревню заходил придворный маг, искал себе новых учеников среди деревенских детей, и кто-то рассказал ему про меня.

Поначалу маг обрадовался, однако позже, после многочисленных провальных попыток научить меня чему-либо и впустую потраченных дней заявил, что я не имею совершенно никакого таланта к магии и, окрестив бездарностью и шарлатанкой, покинул деревню, злобно цокая каблуками своих туфель, – она хихикнула, прикрывшись ладошкой. – Видел бы ты эти туфли… Длинные-предлинные, да ещё и с нелепыми разноцветными звёздочками, совершенно неподходящими по фасону, а кончики вытянутые, свёрнутые в несколько оборотов, словно бараньи кудри.

Корнер живо представил себе это, добавив к получившемуся образу цветастую мантию, огромный колпак и седую бороду до пола, и тоже рассмеялся. Но не сильно, потому как боль в рёбрах прошла ещё не полностью.

– А что тогда скажешь насчёт недавнего сна? – отсмеявшись, снова обратился он к девушке с давно уже беспокоящим его вопросом.

– Какого сна? – она удивлённо выгнула одну бровь.