Эпизоды, эпизоды… Жизненные события и полет мыслей: сборник всякой всячины

С чубом, выбившимся из-под кепки, в расстегнутом пальто, улыбающийся, обрадованный, перед ним стоял его знакомый, который искренне обрадовался ему. Он почувствовал внезапную теплоту от этого искреннего, веселого голоса:

– А я иду и думаю: Вы или не Вы? Очень рад, что мы встретились. И теперь уж я Вас не отпущу. Вы куда-нибудь по делу?

– Нет, не по делу… Просто так… Погулять вышел.

– В такую-то погоду? – удивился знакомый.

Он промолчал и, вынув носовой платок, принялся вытирать вспотевший лоб. К чему объяснять, что у него произошел очередной неприятный разговор с женой?

От знакомого не ускользнуло странное настроение встреченного, но он сделал вид, будто не замечает расстройства, и предложил:

– А знаете что?

– Нет, не знаю.

– Пойдемте ко мне. Ведь Вы у меня никогда не бывали.

«А ведь в самом деле, – подумал он, – на улице противно, дома – тоже нехорошо».

– Что ж, пойдемте.

Пришли.

Это была небольшая квартирка, цветы на подоконниках, белые занавески на окнах – все это создавало хоть милый уют.

Он опустился на шаткий диванчик, ему было приятно от осознания того, что на дворе осенняя слякоть, темнота, а тут – тепло, тихо, чисто.

Знакомый налил, выпили, завязался незатейливый разговор.

– Вы, как я понял, человек простой, – начал знакомый.

– Как сказать, все относительно, батенька. Вот зашел к вам, хотя Вас совсем не знаю, а вдруг что-то будет не так.

– Обижаете, все будет хорошо!

– Тогда продолжим!

– Сделайте одолжение!

Эпизод 2

День был по-прежнему печальный.

Опять шел дождь, лежал туман. Но идти было легче, чем вчера, в темноте.

Он шел и раздумывал… Личная жизнь… Была ли когда-нибудь у него личная жизнь? Мысль эта пришла ему только сейчас впервые за много лет. Жизнь пролетела с удивительной быстротой, невидимо, и на всем ее пути ни одного яркого, ни одного оставшегося в памяти огонька.

Он вновь бродил долго по безлюдным улицам. Дойдя до окраины, повернул обратно, пошел какой-то широкой улицей с редкими домиками и огромными дворами.

Он увидел старинный, покривившийся дом с шестью окнами на улицу, с большим садом во дворе. Окна закрыты наглухо, и только одно открыто.

И вот – отвисший подбородок, под глазами – мешки, морщины на щеках. Здравствуй, старость! То был его старый друг.

– Ты даже не представляешь, как я рад тебе, – тащил его закадычный друг за рукав. – Все проказничаешь? – засмеялся он. – Проходи-ка вот сюда и садись, а я что-нибудь соображу.