Стиратели памяти

Слово «перетасовка» предполагает элемент случайности, а в этом процессе – уверяю тебя – случайность не допускается ни в малейшей степени. Требуются невероятно точные расчёты, чтобы комнаты и стены перемещались подобным образом, не только избегая столкновений, но и позволяя зданию оставаться функциональным. Требуется очень продвинутый компьютерный алгоритм, который обеспечивает эквивалент управления дорожным движением в городе. Ты это понимаешь, Жонкиль?

Мгновение девушка смотрела на него, потом заморгала и кивнула.

– Да, профессор.

Вадаш снова заулыбался.

– Тогда больше никаких разговоров о перетасовках.

Мисс Ферримен прочистила горло. Её тёмные губы и лоб неодобрительно сморщились.

– Циан, думаю, тебе лучше отвести Жонкиль за столик. Должно быть, вы оба голодны.

Циан жизнерадостно улыбнулся и хлопнул себя по животу.

– Как волки, мисс Ферримен. Когда-нибудь где-нибудь!

Приподняв несуществующую фуражку, он развернулся и повёл Жонкиль через зал – к столику, где обедали Руби и Сиз.

– Ахой! Не возражаете, если мы присядем?

Веснушки Руби – почти чёрные на фоне её смуглой кожи – съехались к переносице, когда она сморщила нос.

– Сделайте милость.

Циан поставил поднос на стол и жестом предложил Жонкиль последовать его примеру.

– Жонкиль, познакомься с Сизом и Руби. Сиз и Руби, это Жонкиль.

– Ахой, Жонкиль, – хором отозвались они.

Циан открыл рот, охваченный желанием рассказать друзьям о находке в китовых костях – и спросить Руби и Сиза, что они об этом думают.

«Между красным и зелёным. С-7072…». Однако он тут же спохватился и недовольно взглянул на стол доктора Хейвена. Ему невероятно хотелось снять камень с души. Почему-то кости по-прежнему беспокоили его. «Нужно обмануть Стирателей памяти… Не забывай…»

– Итак, Жонкиль… – Сиз поправил очки в проволочной оправе, а вилкой, зажатой в другой руке, указал на девушку. – Мы видели, как вы разговаривали с профессором Вадашем. Ты произнесла это слово, да?

– Перетасовка?

Сиз и Руби застыли и задёргали веками, пародируя профессора, а потом захихикали.

Циан смеялся вместе с ними. Теперь он чувствовал себя намного лучше. Он увидел, что Жонкиль тоже улыбается, принявшись за еду.

Руби провела рукой по своим медно-каштановым кудрям.

– И как тебе Убежище, Жонкиль?

Жонкиль задумчиво жевала.

– Ну… ко многому нужно привыкнуть. Я хочу сказать: очень ко многому.

– Ты освоишься. Даже скучно станет.