Стиратели памяти

Неизвестно, где находится остров и почему вода отступила, но да, приливов больше нет. Я даже не помню, когда последний раз видел море. Никто из нас не помнит. И со всех сторон только песок.

Нож и вилка Жонкиль по-прежнему лежали на тарелке. Она слегка приоткрыла рот.

– Получается, даже персонал не знает, где именно мы находимся? И в каком месте этот остров?

– Ну, думаю, пилот вертолёта должен иметь какое-то представление. И водители судов на воздушной подушке тоже. Но мисс Ферримен говорила мне, что новым сотрудникам завязывают глаза, когда везут их сюда.

Доктор Хейвен очень тщательно следит, чтобы мы были отрезаны от всего остального мира. Для нашего же блага.

– Отрезаны… – пробормотала Жонкиль. – И весь остальной мир… наши прежние жизни… – Она опустила взгляд, уставившись на собственные руки.

– Но ведь для того ты сюда и приехала, верно? Сбежать и забыть. – Циан нахмурился. – Эй! Всё в порядке?

Он наклонился ближе к Жонкиль. Сиз и Руби последовали его примеру. И все трое с изумлением увидели, что на её глаза навернулись слёзы.

Жонкиль отодвинулась, морщась и утирая лицо.

– Хватит! Пялиться невежливо, неужто не знаете?

Все отвернулись. Сиз съёжился.

– Прости, Жонкиль. Просто… Я давно уже не видел, как кто-то плачет.

Карие глаза Руби широко распахнулись.

– Да! На что это похоже?

– На что похоже?.. – Ярость Жонкиль испарилась, сменившись недоумением. – Ты имеешь в виду плакать?

Все трое энергично кивнули. Девушка пошевелила губами, подбирая слова. Она приложила руку ко лбу.

– Я… не знаю. Это… – Жонкиль покачала головой. – Это вроде как больно, но не так, как обычно. Нечто вроде боли. Это как… выпустить что-то наружу.

Некоторое время трое друзей молча обдумывали ответ. Циан потёр подбородок. Улыбка тронула уголки его губ.

– То есть вроде как боль, версия два?

– Нет! – Жонкиль скривилась. – Какая гадость!

Циан перестал хихикать – Руби с такой силой толкнула его в плечо, что он едва не свалился со стула.

– Не обращай внимания на Циана, Жонкиль.

Он идиот, который страдает маниакальным пристрастием к дурацким шуткам.

Циан потёр плечо.

– Эй! Это ты всё время надо мной смеёшься!

– Да. Над тобой. – Руби обернулась к Жонкиль. – В любом случае, ты тоже скоро забудешь, как плакать. А пока, я бы сказала, тебе нужно немного взбодриться. Завтра мы отвезём тебя на «Серенити».

– Что такое «Серенити»? – спросила Жонкиль.

– Большая развлекуха. Скоро увидишь.

Циан побарабанил ладонями по столу.