Эловин. Магия карт

Я ничего не отвечаю, и принц растворяется в темном коридоре, оставляя меня наедине с еще большим количеством запутанных мыслей.

6

Семья

Позади раздался грохот – кронпринц заявлялся в столовую только под музыкальное сопровождение падающих тарелок и кастрюль. Опешившие слуги поднялись из-за столов, торопливо кланялись, разглаживая мятую одежду.

– Где тебя носит? – я спокойно проглатываю кусочек тушеного мяса, практически полностью покрытого жиром.

Вокруг шелестят женские юбочки, оттеняющие удивленные вздохи и перешептывания.

Возмущенный и разгоряченный кронпринц, вернувшийся после очередной гулянки в городе, в который раз прервал мою трапезу. В последнее время, Роун напивался до беспамятства, а после – находил меня повсюду. Куда бы я не ушла, где бы не решила осесть, каким бы хорошим не было мое укрытие – кронпринц будто бы чувствовал меня и поэтому постоянно ловил за руку.

Я доедаю порцию невкусной еды, запивая противный комок в горле такой же противной водой, и встаю, направляясь прямиком к Его Высочеству, который распластался вдоль деревянной лавочки, явно ожидая, пока я подойду ближе и подниму его.

Возможно, он специально приходил ко мне в таком состоянии, отыгрываясь за семейный ужин в прошлом месяце, на котором мне посвятили столько же внимания, сколько и ему. Роун был крайне недоволен моим поведением и с тех пор, загружал меня сильнее.

– Почему ты не у моих покоев? – заплетающимся языком, спросил принц.

– Вы должны спать в это время, а я имею право поесть, – оглядываюсь по сторонам и замечаю двух стражников – Теберпа и Цемузе, тех, что ходили везде вместе и веселились с принцем. Один из них прильнул головой к прохладной стене, другой – жадно осушил кувшин с ледяной водой. – Где ваша трость?

Он нахмурился, не желая говорить о ней. После слов Эдиона о трости и власти, Роун ходил без нее, показывая всем свою уверенную и твердую походку, после чего, корчился от боли в своих покоях.

– Вам нравится испытывать боль? – спросила я, потянув неподъемное тело на себя.

Как нарочно, он надел на себя самые тяжелые вещи: муслиновую рубашку со складками и высоким воротом, угольный жилет с золотыми лацканами и маленькими пуговичками, а поверх всего этого увесистое пальто с меховой отделкой и эполетами. Под верхней одеждой через плечо перекинута бордовая лента, закрепленная брошкой, а с ноги слетел дорогой королевский сапог.