Р. В. Иванов-Разумник. Свой путь в иллюзионе самосознания. Книга 2

Всю философию имманентного субъективизма Иванова-Разумника можно выразить коротенькой формулой: Всякий человек-самоцель – это принцип этического индивидуализма. В полноте всех переживаний человека и заключается смысл его жизни; другого не было, нет, и не будет.

Совершенно очевидно, что предложенная Ивановым-Разумником мировоззренческая схема не могла не вызывать вопросов и в чистом виде могла быть использована для оправдания любых деяний и любых переживаний. Автор концепции не мог не понимать, что она нуждалась в ряде смысловых ограничений, в необходимости прописать все «можно» и «нельзя».

Он не просто делал все необходимые оговорки, но и предусмотрительно вывел её в пространство, где всякая критика просто лишена смысла.

Иванов-Разумник дистанцировался от идеалов гедонизма и утилитаризма. Его имманентный субъективизм не числил ни удовольствие, ни счастье среди целей жизни. Полнота бытия или, как выражался Иванов-Разумник, «жизнь всеми фибрами души и тела, жизнь во-всю» как критерий субъективной осмысленности жизни противопоставлялась гедонистическому идеалу «атараксии», то есть душевного и телесного покоя, отсутствия страданий.

«Живите всеми струнами души; расширяйте жизнь, а потому дорожите социальным чувством; углубляйте жизнь – а потому проникайте в глубь научного и художественного творчества.

Живите во-всю, живите всем: и борьбой за великие субъективные идеалы, и шумом валов моря, и исканием, и творчеством, и переливом голосов леса, и яркими радостями, и острыми печалями <…>

Живите такой полной жизнью, чтобы, если понадобится, не жаль было завершить её гибелью за великие субъективные идеалы человеческой правды, человеческой справедливости, во имя великого чувства социальности».

[3 - Иванов-Разумник Р. В. О смысле жизни. Берлин, 1920, С.28.]

Отдельно оговаривалось то обстоятельство, что имманентный субъективизм соединяет признание величайшей ценности человеческой личности с величайшей социальной активностью.

Жить во-всю – не значит жить для себя, и это не рецепт для крайнего индивидуалиста. В имманентном субъективизме, настаивал Иванов-Разумник, вопреки утверждениям «объективных» позитивистов нет места ни антисоциальности, ни антидемократичности.

В формулу «человек-самоцель» вписывалась идея утверждения чужого «я» именно потому, что человек – цель и средством быть не может.

В этом же контексте рассматривался вопрос о социальной и политической активности.