Бутылка в море

– Просто свет другой! Пошли купаться, – Тим снял шлепки и босиком выпрыгнул из машины.

– Нет, нам надо возвращаться, ты обещал!

Но парень уже зашвырнул футболку в машину, выложил из карманов на свое сиденье упаковку хорошо знакомых мне мятных леденцов, связку ключей и телефон сестры:

– Откуда это у тебя? – возмутилась я. – Валерия будет ругаться!

– Мой телефон Вал прячет, говорит, что вредно. Но, раз она еще не заметила пропажи и не звонит, то это значит только одно: Вал загрузила твоего Макса по полной!

– Ничего он не мой, – засмущалась я.

– Я понял, как ты его различаешь, – засмеялся Тим. – Когда любишь, то он – Макс, когда не любишь, он – док.

– Что за глупости ты говоришь? – возмутилась я.

– А чего покраснела, если глупость? – продолжал веселиться Тим.

– Что с больными разговаривать? – я демонстративно сложила руки на груди и отвернулась.

– От больной слышу, – Тим брызнул на меня водой, – пошли купаться, обсохнем и домой.

– У нас нет времени!

– А знаешь, почему я назвал картину «Поглощение»? – ветер доносил слова сквозь открытые окна машины.

– Потому что море поглощает человека, и в итоге он растворяется, – я смотрела через лобовое стекло на его расплавляющуюся в солнечном свете фигуру и понимала, что ошиблась. Во всем. Словно в подтверждении моих мыслей Тим отрицательно закачал головой. Он уже по грудь зашел в воду и остановился.

– Море не поглощает, у него нет такой цели! – крикнул Тим. – Цели придумывают люди!

Этот вдох я разделила с Тимом.

Сколько я могла не дышать, пока ждала, что он вынырнет? Секунд тридцать? Минуту? Я выдохнула и подождала еще минуту: он занимался дайвингом – дыхалка развита лучше. Взяла телефон, еще раз посмотрела на воду, положила под язык мятный леденец. Хотела нажать на ярлычок быстрого вызова «Мама», вынесенный на экран мобильного, но подумала, что мама уже не поможет, и набрала заученный наизусть телефон дока.

***

Листья шуршат под ногами – я слушаю, новички бубнят – я слушаю. Новички все одинаковые, я их не запоминаю.

Девушка на черной машине с откидывающимся верхом думает, что я не помню день, когда она убила своего брата. Я могла бы обсудить все с Максом, но я помню, что Тим говорил про КакбыМакса, поэтому не хочу рисковать. Директор настоял на том, чтобы меня передали другому лечащему врачу. Со своим старым доком я практически не вижусь.

Валерия часто гуляет со мной. Она старается не говорить о Тиме, но в итоге все равно касается этой темы.