Клеомена. Ольгерд. Целитель и Пастух

Ольгерд не слишком-то хотелось следовать совету незнакомой сущности, тем более, что её совет больше всего походил на приказ. Но она решила рискнуть. А какой у неё был выход?

Она сняла сумку, рубашку, штаны, и полезла в озеро.

– Только не пей эту воду, – донеслось до неё, – ядовитые цурамы моют корни в этих водах не один год. Уверен, что они поделились своим ядом с озером.

– Теперь мне ещё больше захотелось купаться, – съязвила девочка.

До яйца было не так уж далеко, ей даже не пришлось плыть, в этом месте воды было по пояс, не больше.

Без труда вытащив псевдо-луковицу, Ольгерд умостила её в сумку по соседству с первым яйцом. Как ни странно, но это яйцо тоже было тёплым, а ведь оно лежало не где-нибудь, а в воде.

– Ну и где это твоё место? – спросила она гончую, которая внимательно рассматривала яйца, не приближаясь к ним, – и там можно найти питьевую воду?

Гончая подняла на неё взгляд больших синих глаз. Эти глаза были единственным, что не расплывалось на морде этого странного существа.

– Идём, – только и сказало оно.

Глава 2. Помолвка

– В третий раз повторяю: согласие на этот брак я не дам.

– Но почему?! – Клеомена даже топнула ногой, не в силах сдерживаться, – он же твой племянник! Неродной, конечно, но разве можно найти кого-то более подходящего?

Отец почти не смотрел на неё. Он говорил с ней решительно, даже сурово.

– Логвик лелеет мечту занять престол Благодатного королевства. Он считает, что родство с нами позволит ему сделать это.

И, чтобы упрочить своё положение…

– Он любит меня, я это знаю! Он не раз оказывал мне знаки особого внимания, – Клеомена сама неожиданно для себя заплакала. Она не была плаксой. Лучше кричать, злится, но не реветь. Она сжала зубы так сильно, что они заныли, смахнула слёзы.

– Я знаю, что тебе так кажется. Но я также хорошо знаю Логвика. Этот человек любит только себя. Ты не будешь счастлива, если свяжешь с ним судьбу.

Отец поднял на неё глаза, и Клеомена поняла, что вся его суровость напускная.

Он жалел её. Жалел, но не хотел поверить в искренность их чувств.

– Дай мне самой убедиться в этом, – глотая слёзы, глухо сказала принцесса.

– Нет. Ты предназначена для другого, дочка. Я не дам тебе по глупости загубить свою жизнь и связать её с человеком честолюбивым и пустым.

– Для чего же я предназначена? Что вы хотите этим сказать? Раскройте мне этот секрет, окажите милость! – она пыталась говорить язвительным тоном, но голос срывался.