Ночь империи

– Я… Если я гарантирую Вам, что Вы останетесь на нынешней должности, есть у нас шанс договориться?

– Полагаю, что есть. Но я ведь тоже могу сказать, что выставлю охрану возле Вашего дома, а в итоге обмануть, верно?

Онерли заметался, не зная, что предложить, но в итоге, глянув на свои руки, с едва слышным вскриком облегчения стащил с указательного пальца правой руки перстень с печаткой. Впихнув кольцо в ладонь собеседника, мужчина заверил, что печать дипломатического ведомства – лучшее подтверждение.

Когда он полагал, что в ответ получит что-то, равносильное перстню, тави лишь попросил следовать за ним, и пришлось подчиниться.

Провожая позже взглядом явно радостного произошедшему главу ведомства Онерли взглядом – тот уехал в компании десятка солдат, обитавшихся на дворцовой стене – Самаэль с едва слышным вздохом нащупал в кармане кафтана печатку и осмотрел её в свете факелов, разгонявших сумрак вечера. Оттиск этого кольца был на всех указах дипломатического ведомства, так что, фактически, он держал в руках и само это государственное образование.

– Эй,– подошедший со стороны Эммерих ощутимо хлопнул друга по плечу и заставил вырваться из вороха собственных мыслей.– Ты звал, я приехал. Чего хотел?

– Людей привёл?– Самаэль посмотрел на тави, после чего заметил сидевших на бочках и тюках сена у конюшен солдат.– Всё, увидел… Давно вы?

– Достаточно, чтобы увидеть, как радостно тебя обнимал на прощание Онерли. Я все думаю, стоит мне об этом знать или нет.

– Я просто решил наладить отношения с ведомствами,– спокойно улыбнулся Самаэль, убирая печатку обратно в карман.– Нам с вами их ещё терпеть всё-таки. Идите на стену. Там сегодня нужны дозорные.

– Своих нет?– Эммерих поморщился.– Регент испытывает удачу.

Развернувшись, Самаэль направился ко дворцу и махнул другу на прощание рукой:

– Не спорю. Но обычно она этого маленького валакха любит.

Глава 5. Слепые выборы.

1.

Утро началось не с солнца, проникавшего сквозь деревянные ставни в комнату и согревавшего своими лучами, пока игнорировать их станет невозможно.

Даже не с громогласного торговца выпечкой, чья лавка стояла как раз на противоположной стороне улицы, и который приходил на своё рабочее место с рассветом, всегда появлявшийся позже самых первых покупателей на пару минут. Утро началось с оглушающего стука в дверь, разнёсшегося по всему дому и, казалось, заставившего хрупкие стены содрогнуться.