Чувства на салфетке: попытка забыть. II часть трилогии

 – Страж наконец-то вернул железный зад на плоскость стола, догадываясь, что выглядит крайне грозно и враждебно в своей позе бронзовой статуи, воздвигнутой перед моим растерянным лицом.

– Я не могу, Господин Главнокомандующий. При виде вас, меня трясёт как бухту в девятибалльный шторм. Сама не понимаю почему. – В глазах помутнело от внезапного признания.

Но я уже не справлялась с его натиском. Обязательно нужно вот так глядеть, видя, что меня и без того передёргивает от любой его фразы?

– Тебе нечего бояться, Каролина.

 – Мнимо успокаивал Мур, а сам всё больше напрягался, отчего мне казалось, что он увеличивается в размерах. – Я никогда тебя не обижу. – Риэль уселся в кресло, предполагая, что чем ближе ко мне находится, тем сильнее меня корёжит от него, и принялся открывать книгу с новым лекционным материалом.

– Вчера вы говорили совсем другое. – Напомнила я ему о его угрозах, выместить гнев на мне, если я снова нарушу Божественное законодательство.

– Потому что ты позволила себе непростительное, хотя я тебя предупреждал, что последствия будут крайне плачевными. Но ты, в своей привычной манере, не слушаешь никого, кроме своего сердца, которое тебя вознаграждает лишь остриём клинка. – Муриэля несло.

Его слова были такие отточенные, словно он их всю ночь репетировал перед зеркалом, чтобы потом сказать мне при встрече. Я изумилась такому порыву. Почему он так говорит, словно знает меня ни один год? Может причина смерти ему и известна со слов Анахиты или каких других Ангелов, но что он может знать о моих манерах? Откуда?

– Не занимайся саморазрушением, мой Ан… – Прервался Страж, так и не договорив до конца.

Что он там пытался сказать? Его кто? Ангел? Умора! Вы что-то попутали, Господин Главнокомандующий.

– Что? Вы не договорили. – Получи, засранец! Покрасней тоже. А то чего я отдуваюсь за двоих.

– Просто слушай, что я тебе говорю. Обратного пути не будет.

 – И вновь двусмысленные фразы, звучащие, как острастки.

– Да какое вам до меня и моего саморазрушения дело? – Зрачки увеличились вдвое от этих предостерегательных слов, говорить мне которые я не просила, и уставились в сторону пылающего Стража. – И как я могу вас слушать, если вы договорить-то не можете нормально. – Ничего себе, мисс Джефферсон! Откуда столько смелости вмиг взялось?

Но он со мной себя ведёт как с ребёнком, ей Богу.