Иллюзия. Ещё раз о евреях, иудеях и прозелитах

Если станет интересно, примите к сведению, что есть иная точка зрения на весь еврейско-иудейский аспект нашей жизни, который неожиданно сегодня проявляется в совершенно иной плоскости. И чтобы не ошибиться, нужно максимально глубоко понимать суть проблемы.

***

Чем Я отличаюсь от ТЕБЯ?

Я могу нравиться, могу не нравиться.

Мне всё равно. Это ТЫ всё не успокоишься…

Нет предела совершенству, которое может отразиться во мне. Я – совершенство! Ты пытаешься достичь совершенства.

    (Зеркальное Отражение)

О еврействе

«Его смерть – на конце иглы, та игла – в яйце, то яйцо – в утке, та утка – в зайце, тот заяц – в кованом ларце, а тот ларец – на вершине старого дуба, а дуб тот в дремучем лесу растёт»

    (народная сказка).

Примерно такой сложный путь нужно пройти, чтобы ответить на вопрос. Затем появляется следующий, следующий, следующий… Нельзя найти ответ на последний вопрос, если не ответишь на первый.

Для меня никогда не стоял остро вопрос о еврействе, но то постоянное упорство, с которым сообщество заставляло меня возвращаться к нему, вынудило пройти долгий путь в понимании его.

Результаты впечатляют.

Истина – абсурд (истина там, где всё можно свести к абсурду). В разрешении поставленного вопроса можно быстро всё свести к этому состоянию, но интереснее сам процесс поиска решений перевести в иную плоскость. Почему? Да потому что от времён Страбона до сегодняшних дней звучит одно и то же. Нужно не кривя душой сказать, что это (самоистязание?) или доставляет удовольствие, или не выполняется какое-то условие на протяжении тысячелетий.

Что же это за условие? Это один из серии вопросов, которые ждут ответа. Пусть это станет домашним заданием тому, кто захочет самостоятельно ответить на вопрос о еврействе.

В середине девяностых годов уже прошлого века в московском метро я подобрал страницу из газеты «Иностранец». Сочетание интервью с раввином Адином Штейнзальцем из «Иностранца» с только что прочитанной книгой З. Фрейда «Человек по имени Моисей и монотеистическая религия», а не какие-то «коварные тёмные силы», заставило меня сесть за пишущую машинку.

Прошло всего-то ничего, а как стремительно всё пришло в движение, переходя со времён Страбона в завершающую фазу.

Год 1997-й.

Сегодня еврейский вопрос – великая стена, которую довольно трудно преодолеть, если чётко не представляешь его суть. Это касается всех аспектов жизни каждого и поэтому представляет большой интерес.