Беглянки

– Понимаешь, Серафима, – втолковывал он мне однажды, – я когда карты в руки беру, не то что королем – президентом Америки себя ощущаю! Мне в чужие карты заглядывать не нужно – я по тому, как у человека пальцы дрожат, все вижу! Эх! Бывало, ночи напролет «пульку расписывали», по двое суток из квартиры не вылазили! Разве женщина, какая б она ни была, такое примет – чтобы муж днями пропадал. А если и согласится, так начнет денег требовать, чтоб выигрывал непременно. А я, Серафима, фортуну уважаю, и сроду в игре не мухлевал!

Кончилось дело тем, что дядя Паша «надсадил» себе сердце на почве неуемного азарта.

После первого инфаркта врачи рекомендовали срочно умерить игровую активность, но было поздно. Пришлось оставить не только карты, но и домино – после повторного приступа, теперь дядя Паша лишь изредка позволяет себе шахматы.

– Сунь эти банки на подоконник, Серафима. Сыграть не хочешь? В «морской бой»?

Обычно я стараюсь не обижать дядю Пашу, но сегодня у меня не было сил вылавливать на клеточном «море» рисованные корабли.

– Не могу, голова что-то болит. Дядя Паша, рядом с вами, в 6 – ю, положили кого? Вроде, утром пустая стояла?

– Не видал, чтоб отпирали. Кажись, пустая. А тебе зачем?

– Так. – я вздохнула, – Не знаете, где от нее ключ хранится? В ординаторской?

– Бери выше – заведующая при себе держит. Так сыграем, нет?

Я уныло мотнула головой. Мой замечательный план рухнул, не успев толком родиться.

– Не хочется. Пойду я. Не забудьте насчет анализа, соседу скажите.

Ага?

– Ага. Слышь, Серафима, – сказал мне в спину дядя Паша, – тебе непременно 6-я палата нужна?

– Что?

– Я говорю, другая комната не пойдет? Бывшая сушилка?

Он пошарил в тумбочке и вытащил довольно большой ключ с деревянной биркой. Я смотрела, выпучив глаза.

– Ну, чего уставилась, дядю Пашу обмануть вздумала? Эх, девки, нет на вас угомона! Одни шашни на уме! Додумалась, к заведующей лезть собралась. Бери ключ! – прикрикнул дядя Паша, – Но гляди у меня, ежели чего… он хоть жениться- то обещает?

– Чего?

Я хотела сказать, что он ошибается, и вообще думает черт знает что… но открылась дверь и вошел сосед, как его… а, больной Ковченко.

Объясняться в его присутствии было никак невозможно.

У себя в палате я немного попереживала по этому поводу, но, поразмыслив, решила пока ничего не говорить дяде Паше. Если он думает, что ключ нужен лично мне для свидания – так даже лучше.