Беглянки

Симка с надеждой уставилась на Аркашу, по осунувшемуся лицу скользнуло даже что-то вроде улыбки.

Они просидели на кухне часа два, и говорили, говорили. Аркаша уже с закрытыми глазами мог бы сориентироваться в больничном отделении – тем более, что Симка изобразила, как все происходило, на бумажке.

Выговорившись, она заметно успокоилась, стала почти прежней Симкой. Зато Аркаша чувствовал себя не очень. Он отчетливо понимал – теперь за судьбу Зеркала, да и самой Симки отвечает он, Аркадий Гвоздецкий. Никто не тянул – сам напросился.

Но в данный момент, как назло, ничего особенно гениального в голову не приходило. Метались обрывки мыслей – гнолли, маги, драконы, телефонные угрозы. Конечно, это результат эмоционального шока. Надо отдохнуть, придти в себя, и утром, на свежую голову, начинать действовать. Да, это будет самое правильное.

Аркаша сказал:

– Давай, мать, закругляться на сегодня. Народная мудрость права: утро вечера мудренее. Сделаем так – я тебя сейчас провожу, ты телефон отключи и ложись спать.

Утром берешь на пару дней отпуск за свой счет – мол, еще не очень хорошо себя чувствуешь. А я к тому времени разработаю план действий. Не тушуйся, Симка, прорвемся!

– Ага. Маги ночью ко мне не вломятся, как считаешь?

Аркаша об этой возможности уже думал и пришел к выводу, что маги вряд ли пойдут на прямое нападение. Во всяком случае, пока.

– Они ведь даже не уверены, у тебя ли Драконье Зеркало. Если Гелия им не сказала, они могут только подозревать.

– Она не скажет!

– Тогда магам логичнее выжидать и действовать тебе на нервы.

Иначе, предствать – тебя похищают, а ты – совершенно не в курсе. В больнице ведь Гелия и с другими людьми общалась, теоретически, могла кому-то другому Зеркало доверить. Этот человек сразу насторожится, ляжет на дно, поди вычисли его. Нет, они постараются сперва тебя запугать и получить информацию. Но мы их обставим.

До симкиного дома добираться пришлось долго, по вечернему расписанию троллейбусы ходили не чаще двух экземпляров в час.

Дождь кончился и ночной воздух отчетливо холодел. Дыхание срывалось с губ клубками пара, как бывает зимой, даже вокруг высунувшегося из – за крыш месяца виднелось радужное туманное полукольцо.

Симка зябко передернула плечами, в глубине капюшона Аркаше не видать было ее лица, но он и без того знал – нос у подруги синий. Симка всегда замерзает мгновенно, ей бы где-нибудь в тропиках жить.

– Ух, Кашка, какой у тебя цвет лица ….