Сара на пробежке

В густой лес, в сине-зеленый, темный, холодный и сырой. И Сара всегда забегала внутрь. Она чувствовала, как кожа покрывается мурашками, как волосы на руках встают дыбом, как на них оседают капли воды, будто распыляемой самим лесом или его стражниками. Страшными, суровыми и не знающими пощады. В таком мокром холоде любому человеку становится не по себе. Легкие сжимаются от ощущения наступающей на пятки беды, от опасностей, что все ближе и ближе, чем дальше ты идешь в лес. Сара не шла. Сара бежала. Тихо, ритмично, самозабвенно.

Пустыми глазами смотрела в одну точку где-то впереди, в неизвестности. И бежала прямо к ней, забывая о преградах и страхах. Наконец, она была так глубоко в темнице леса, что переставала слышать звуки реального мира, звуки, что окружают жителей маленького городка в полесье. Она слышала только свои шаги, что тонули в мягкой влажной земле. И продолжала бежать.

Вскоре девушка замедлялась. Сбавляла ритм, переходила на шаг и окончательно останавливалась, отдышавшись.

Согнувшись, смотрела под ноги: ровно в том же месте, что и вчера, даже видно следы. Потом разгибалась и подходила к ближайшему дереву. Слегка медлила, будто боялась, что не увидит то, зачем пришла, а затем поднимала голову и останавливала взгляд на глубоких порезах, что виднелись на толстой темной коре. Их было 4 – словно следы от когтей чьих-то невероятно сильных рук или даже лап. Сара гладила их подушечками пальцев. Каждый раз. Она проводила по ним медленно, чувственно, с наслаждением, с надеждой. От начала до конца, вдоль, потом поперек. Задумчиво гладила их, и в ее глазах, ранее уставших и опечаленных, появлялся блеск силы. Сара легко улыбалась самой себе, всматривалась в гущу леса, но никогда ничего там не видела, и начинала путь назад. Обновленная, свежая, вдохновленная. Девушка бежала назад уже совершенно другим человеком. Удивительно, как полезен бывает для здоровья обычный человеческий бег.

2

Сара бегает так уже несколько лет.

С тех пор, как младший брат бесследно исчез, а родители отчаялись его отыскать, Сара стала уделять все время поиску ответов. Она была подростком, когда брат впервые увидел тень, что говорила с ним по ночам. В холодном поту со стучащими от ужаса зубами Сара слушала их разговоры, притворяясь спящей. Брат, десятилетний Тио, просил тень уйти, говорил, что не хочет страдать, что отказывается принимать зверя, но тень, судя по его слезам, не хотела слушать.