Девятый всадник. Часть 2

– Здесь Государь проявил упрямство и проговорил, что вас не отпустит никуда, – произнес Литта.

– Вы говорили обо мне с Государем? – Кристоф встал, с шумом отодвинув от себя кресло. – Господа, не много ли вы на себя берете?

– Главнокомандующим, разумеется, вас не сделают, да и сие было бы смешно, дав повод местной публике в очередной раз объявить нашего Магистра в сумасбродстве. Но в армию, как вы того желаете, тоже не отпустят, – терпеливо, как ребенку, разъяснил хозяин дома.

«Бог мой», – подумал Кристоф.

 – «Они читают мои желания. Мои мысли».

– Кто вам сказал, что я того хочу? – произнес он вслух, чувствуя, как холодеют его руки. Никогда ранее барон не ведал, как, оказывается, страшно быть участником интриги. Уж лучше встретиться наедине с батальоном якобинцев, имея в запасе патронов на четыре выстрела.

– Мы же читали ваш послужной список, – продолжил его собеседник. – Собственно, я начинал так же. И видите, чего я добился.

Фон Ливену стало не по себе.

Он снова вспомнил: «Vous ?tes un vrai aventurier». Меттерних. Сей гордый юноша словно заклеймил его этими словами навеки. Авантюристом Кристоф себя никогда не видел, но, оказывается, так воспринимали его все остальные. Одни могли его презирать за это, другие – восхищались. И непонятно было, что хуже. Ибо восхищались те, кого он считать людьми чести не мог.

– У меня иные цели, – покачал он головой, чувствуя, что запутывается в разговоре окончательно, и ему придется нынче эти цели озвучивать.

– Охотно в это верю. Хотя кое-какие из ваших целей совпадают с моими. Успех Дела, богатство… – тут он сделал паузу, длящуюся ровно столько, сколько Кристофу хватило придумать остроумное возражение, и тут же прервал ее:

– И любовь. Конечно же.

«Все к тому и шло», – подумал Кристоф, вспомнив золотые кудри и белые плечи одной особы, имеющей непосредственное отношение к его хозяевам. – «Сейчас начнут сватать».

Но Лоренцо перевел разговор на иное:

– Да, говоря о любви.

Ваш брат может видеться с дамой своего сердца невозбранно… Ведь положение вашей матушки не сможет рухнуть от его увлечения.

Волна бессильного гнева захлестнула Кристофа. Так они знают и про Иоганна? Впрочем, не заметить его полный томления взор, который он всегда устремлял на великую княгиню Анну, мог любой, кто хоть сколько-нибудь интересовался этими двоими. Что ж, Иоганна ничто не излечило.