Monsieur Serge. Истории приключений и испытаний князя Сергея Волконского

И пахло как-то хорошо, цветами полевыми, что ли. Озноб постепенно проходил, и князь наконец-то почувствовал, что его клонит в сон.

Из сна его вырвали, причем немилосердно.

– Шесть утра, Ваше Благородие, вот, бужу, как велено. Тут ротмистр что спрашивает?.. – из забытья послышался голос денщика, вплетшийся в фабулу причудливого сна, в котором фигурировал и святой Николай, и какие-то совсем не святые сержевы знакомые.

Серж произнес, не желая выходить из сна:

– Зови…

Голос совсем не слушался и звучал хрипло.

Серж понял, что пропотеть и снизить температуру не удалось. Напротив, мутный жар стоял в голове, разливался по всему телу. «Тиф еще подцепил, вот пакость…», – решил он. И вид у него, наверное, крайне болезненный был, если в голубых глазах Левенштерна отразился явный ужас.

– Да тебя совсем развезло, – проговорил он осторожно.

– Знаю, – прохрипел Серж. – Так что ступайте вы вперед без меня, я потом нагоню… Выбора теперь уж нет. И да… прикажи, чтобы воды принесли, да похолоднее…

Левенштерн наклонился над ним, но князь помотал головой:

– Ты берегись… Я могу быть заразный.

Каждое слово давалось с трудом, отзывалось болью в горле и в грудине, а движения доставляли сплошные мученяи – каждая мышца тела была как будто воспалена. Отчаянно хотелось пить – точнее, размочить ледяной водой этот болезненный жар, наполнивший внутренности. Еще лучше – полежать в холодной ванне, в иордань окунуться… Раздеться догола, поваляться в снегу. Снег выпал уже или нет? Хорошо бы, а то здесь как в пустыне… И зачем так топят? Ах да, он же сам попросил.

– Выпейте-ка, из колодца принесли, – заговорили откуда-то сверху, и голос был узнаваем, словно с детства он знал его. Няня, что ли? Но та не знает французского… И не мать, нет. У той всегда интонации, как у командира Кавалергардского полка на плацу, и она никогда особо не сидела с ним, когда он болел, или, может быть, он просто не помнит этого. А здесь ему помогают, приподнимают в постели, и остается только выпить предложенное… И впрямь, вода холодная – но недостаточно.

И ее очень мало.

– Еще, – попросил он, оторвавшись от стакана.

Хотелось окунуться в эту воду и пить ее страстно… Снова представилась крещенская иордань, прорезанная на льду их усадебного пруду – он кидается туда с головой, открывает рот, и пьет жадно, но внутри еще горячо.

– Так вы совсем горите, господин полковник, – растерянно произнесла старушка.