Наши побеждают везде

Конечно, его прижизненная биография в десятки раз скромнее, но что такое простреленный бок он знал на собственной шкуре просто отлично. И торопиться нужно было просто потому, что раненому нужна помощь прямо сейчас. Целую серию травм различного характера и давности крылья уже успели зафиксировать, и сейчас эта информация обрабатывалась непосредственно перед заливкой в сознание. А оно ожидало контратаки… и не зря.

– Держаться за меня при любом раскладе, – деловым тоном соратника сообщил капитан, аккуратно взмывая вверх к двери, за которой его ждали.

И контратака обрушилась в эфир… Совсем немного, преследователи бы не успели в любом случае, но происходящее они смогли заметить и настроиться на нужный им канал связи… Охнув про себя, но скорее обрадовавшись, что разборки будут в итоге только на словах, Сашка, пропустив несколько требований остановиться, отдать им то, что сейчас было в его руках, иначе мол будет плохо, просто запел в ответ ласковым тенором, немного контрастируя с авторской версией исполнения…

«Рулит на взлет самолет пузатый,

Урча моторами тяжело.

Планида вновь повернулась задом,

Не то случайно, не то назло.

А я не гордый, я просто занят,

Я спецзаказом к земле прижат,

И слоем пыли на чемодане

Мои намерения лежат»

А затем просто взялся подсвистывать к мотиву, как и делал в своё время тот, кто написал эту песню.

По всей видимости, невольные слушатели так удивились, что даже прислушались, намереваясь различить слова… Русские, мать Вашу, свирепо подумал Сашка, и явно кто-то неплохо шпаривший на французском, на котором я никак вовсе, но тоже русский, значит, современник моей ноше и возможно лично знакомый… Ну ведь вычислю же и по одному встречу однажды, что за самоуверенность… не сибиряки эти кадры ни разу, ненавижу этих придурков из дикого Зауралья…

Они уже добрались в салон и рухнули на мигом сформировавшийся диван, вместивший двоих, уже и крылья можно уменьшить до пластов на спине, уже и Генри, щёлкнув пальцами, дал понять, что их машина взяла новый курс…

– Отдай что взял! – прорычали наконец по связи мрачным басом.