Незнакомка. Незнакомец

А потом цепляю прядь волос. Она немного выбилась из его челки. Я накручиваю ее на палец. Волосы мягкие, как я и думала. И пряности, как воздушное облако, окутывают меня.

Мои руки живут отдельно, мысли тоже. Я смелею с каждым глотком. Хочется большего.

– Ты как хороший и добрый фильм. В плохую погоду можешь порадовать, в непроходимый ливень – поднять настроение, а если одиноко, то ты просто будешь рядом со мной.

Смотрю в грозовые глаза. Они сейчас безумно красивые. Как и он сам. Неужели я могла подумать, что он просто симпатичный и милый? Ошибалась.

– Спасибо, – Ваня откашлялся, – Признаться, такого мне еще никто не говорил.

Он берет мою руку, которая остановилась на его предплечье, слегка сжимает. Импульсы исходят от его кончиков пальцев по моей ладошке. Покалывают как пузырьки газировки. Я даже слышу приятное шипение.

– Поехали, – командует. Даже не спрашивает. А я только хихикаю.

Такси подъехало быстро. Оно словно ждало нас у входа, чтобы отвезти обратно в гостиницу.

Ваня не отпускает моей руки, а я не спешу ее забирать.

Мне приятно, в голове образы того, что будет происходить потом. Мне и хочется этого, и до дрожи страшно. После мужчины, которого любила всем сердцем, отдаваться другому страшно.

До номера идем тихо, аккуратно, насколько это можно делать в таком состоянии. Ваня то и дело прижимает меня к себе. Или к стене между первым и вторым этажом. Целует сразу страстно, даже нагло. Но уже это не смущает. Свою грань в голове я уже перешла, когда положила свою руку в его.

Вкус его языка мне нравится. Острая пряность, что покалывает и заставляет желать большего. Мужская сила, которой подчиняешься. Она такая безумная. Голова идет кругом.

И огненные касания, как языки пламени. Мне жарко, хочется снять уже это платье. Оно – преграда.

– Черт, дурею.

– Скажи это еще раз, – низкие ноты моего голоса, хриплые такие. Возбуждающе приятные.

– Дурею!

– Еще!

Он снова накрывает мои губы в поцелуе. Чувствую, как языком очерчивает их границы.

Становится щекотно, и я улыбаюсь.

– Надеюсь, ты понимаешь, что будет в номере. Назад пути уже нет, – целует нежно шею, мочку уха, а потому дует. Обжигает, затем холодит.

Слышим, как хлопнула чья-то дверь. Мы замерли и не дышим. Только его руки исследует меня. Грудь слегка сжимает, а я давлю в себе стон, чтобы нас не услышали. Горячая рука опускается к животу, очерчивает пупок. Кожу приятно жжет.

Опускается к бедру и задирает подол платья.