Статус: все сложно

Безразмерная толстовка кислотного цвета с ярко-розовыми полосами, джинсовые шорты. Если она повернется ко мне спиной, я увижу границы ее ягодиц. Сжимаю челюсти, даже слышу их скрип. Смешные длинные носки с галочками и спортивные кеды.

Где тот ангел в голубом платье и вечным пучком на голове?

Она уверенной походкой проходит к двери. Тот парень, что еще почему-то стоит у входа, помогает ей открыть тяжелую дверь. Мила улыбается. Теперь ее улыбка другая. Она соблазняющая, нет уже тех милых черт, аккуратных уголков губ, что слегка взмывают вверх.

Правильная улыбка? Бред. Сейчас это улыбка женщины, что знает себе цену и пользуется этим.

Она заходит в зал. Очки опускает вниз. Теперь они висят на груди, благодаря цепочкам. Мила оглядывается, а потом находит меня глазами. Улыбки больше нет. Я не заслуживаю, чтобы мне также улыбнулись?

Огибает столики, доходит до нужного. Сумку спортивную кладет на стул рядом. А сама усаживается напротив меня.

– Привет, – улыбается. Осторожно. Не соблазняет, как того парня.

Но и в этой улыбке нет и толики правильности. Потому что пропитана дерзостью. Кто ты?

– Привет.

Глаза темные, в них тот же огонь, что и был, когда эмоции выходили за грань. Пожалуй, это все, что осталось от моей Милы. Длинные ресницы теперь подведены тушью, а на щеках румяна, довольно яркие надо признать. Губы… Черт!

– Ну и зачем ты это сделала?

– Что? – приоткрывает наглый ротик.

– Губы зачем накачала?

– А, ты об этом, – отмахивается от меня, – я слегка. Зойке было страшно одной делать, а у Сони и так свои хорошие.

Ну я за компанию, так сказать.

– Дура!

– Что?

– Дура говорю. Они у тебя и так были, – какими? Охрененными? – неплохими. – Ставлю точку и опускаю взгляд на кофе. Пей, пей Глеб, сердце и так отбивает уже не свой ритм. Слишком часто и быстро. Того и гляди выпрыгнет.

Та официантка снова подходит. Теперь обращается к Миле. Та лишь повторяет мой заказ и нагло мне улыбается.

– Рулет и правда вкусный. Мы с девчонками пробовали его на днях.

Мила не сводит с меня глаз. Тоже изучает. Наши глаза встречаются. На секунду я вижу ту Милу, что была влюблена в меня с детства. Ту хрупкую и ранимую девушку. Но она в мгновение исчезает, словно ее и не было. Никогда. Взгляд опускается к моим губам. Я ей улыбаюсь. Своей чарующей улыбкой, как она раньше говорила, которая не оставляет никого равнодушным.

Наши поцелуи всегда рвали крышу. На пределе. Когда жесткость кажется спасением. На нее падать приятно.