Охота на Елену Прекрасную, или Open-Air по-русски

После чего оставалось только ждать, что бдительные родственники заметят дым и прибегут на помощь. Ну, или, на худой конец, пожарные приедут.

Но вместо этого наверху грянул взрыв, да такой, что дрогнули стены, в оконце полетели камни, а потом по нему садануло чем-то здоровенным, типа доски.

Перепуганные сокамерники забились в угол и стали ждать продолжения банкета. Но, как ни странно, больше ничего не происходило, до тех пор, пока они не услышали, наконец, наши голоса.

Закончив повествование, дед гордо выпятил грудь, ожидая аплодисментов.

Но вместо этого Борька сурово констатировал:

– Дед, тебя без присмотра оставлять просто опасно. А если бы это был не обычный баллон с газом, а склад динамита, и поближе к стенам, а? А если бы дом загорелся?! В общем, отконвоирую тебя к родителям, пусть сами с тобой проводят разъяснительную работу!

Мгновенно помрачневший дедуля обернулся ко мне, но моё лицо тоже не выражало никакой моральной поддержки и одобрения.

Хотя, с другой стороны, если бы он не поджег мусор, кто знает, сколько бы мы его ещё искали? Ну ладно, вытащили мы эту парочку из подземелья, и славно, теперь бы ещё папулю разыскать. С его рассеянностью он далеко может зайти. В прямом смысле этого слова, уже были прецеденты.

Чувствуя наше настроение, притих и Макрайстер. Только головой вопросительно крутил из стороны в сторону. Я в двух словах сообщила ему, что Алекс сейчас в больнице, и с ним всё в относительном порядке.

После этого англичанин приободрился и заявил, что хочет немедленно ехать в «госпиталь». Пришлось пообещать, что я отвезу его туда утром, когда Алекс проспится после укола.

– Отставить госпиталь! – скомандовал Борька. Роль предводителя ему явно понравилась, и расставаться с ней он не собирался. – Теперь пойдем искать папеньку, без него мы вернуться не можем. А вы, – он грозно взглянул на деда и Макрайстера, – немедленно отправляетесь домой. Ужинать.

– Ужинать ещё рано, – попытался протестовать дедуля, глянув на часы.

– Тогда обедать! – железным тоном заявила я. – Или полдничать. Никуда не сворачивая.

– Не внуки, а деспоты, – вздохнул дед, но выступать более не решился. Потом вздохнул ещё раз, сунул под мышку верную удочку, которую не забыл прихватить из подвала, и с видом невинного агнца направился к двери. Мы вышли за ним следом на крыльцо.

Во дворе всё, вроде бы, было по-прежнему.