Шаман-гора

Собственно, что ей могут сделать, что?! Да ничего, пошли они все!

Кучка тряпья на обочине лежала неподвижно, и Мари, процедив сквозь зубы ещё пару ругательств, медленно вылезла из машины.

Странно, но к лежащей женщине – а это была именно женщина, не мужик же в юбке – никто ещё не подошел. Да тут и пешеходов-то раз-два и обчелся, в районах дорогого престижного жилья ножками практически никто не ходит. Но была ещё одна причина.

На асфальте в пыли лежала цыганка.

***

Марианна как-то бестолково засуетилась, пытаясь определить, насколько серьезные травмы получила несчастная женщина.

Ну и пусть цыганка, уже немолодая и одетая не так, как одеваются солистки цыганских ансамблей – в шифон и атлас, но она же человек…

Метя грязь полами светлого плаща, Мари попыталась нащупать пульс на тонком смуглом запястье. Где он, это пульс?!!

Придется вызывать скорую. Она достала мобильный телефон и уже набрала номер, когда цыганка внезапно открыла глаза и застонала.

– Сейчас я вызову врачей, – крикнула ей Мари, но пострадавшая замотала головой:

– Не надо, не надо врачей.

– Почему не надо? – удивилась Марианна.

– Смешная ты, – тихо произнесла женщина. – Я же цыганка, у меня полиса нет. Да и не сломала я ничего, сейчас встану да и пойду.

– Как пойдете? – от удивления Мари едва не выронила из рук трубку.

– А так, как шла. Ничего…

Она с трудом, опираясь на бордюр, начала подниматься на ноги. Марианна кинулась ей на помощь, и через минуту женщина уже стояла, правда, нетвердо, покачиваясь, но стояла.

Но как она пойдет после такого падения и далеко ли уйдет?

И неожиданно для самой себя Марианна вдруг предложила:

– Давайте, поедем ко мне – придете в себя, отдохнете…

Цыганка, не спеша, сняла с головы фиолетовый платок с нитями люрекса, дешевый и какой-то удивительно жалкий, встряхнула его и снова повязала, прикрывая темные вьющиеся волосы, в которых, как люрекс в ткани платка, блестели нити седых волос. А потом кивнула:

– Поедем. И не бойся, воровать у тебя я не стану.

– Я и не боюсь, – досадливо поморщилась Мари. Её неприятно поразило то, что за все это время ни один человек так к ним и не подошел, не спросил, что случилось. И ни одна из проезжавших мимо машин не остановилась.

Когда женщина уселась на заднее сидение, Марианна поймала себя на том, что настороженно втягивает ноздрями воздух. У неё была повышенная чувствительность к запахам, и сейчас, презирая себя, она все же принюхивалась.