Возможна ли технологическая революция в России?

14], почти два десятилетия непреходящего стресса привели едва ли не 90 процентов россиян к так называемому пограничному состоянию, когда до душевной болезни рукой подать. Входят ли в их число те, кого принято называть «элитой» общества? И как это связано с интеллектом людей, принимающих судьбоносные для страны решения? Данные экспертов свидетельствуют, что в политической элите США примерно 47 процентов патопсихологических типов, в Северной и Центральной Европе их 40 процентов. В элите Ближнего Востока – до 92 процентов!

А как обстоит дело у нас?

– Самой продвинутой представительницей российской политической элиты можно назвать Ирину Хакамаду, – утверждает руководитель исследовательской группы Виктор Фершт, профессор, доктор психологических наук, возглавляющий Центр помощи жертвам терроризма организации «Врачи за права человека», – у нее коэффициент интеллекта 179 баллов.

У Жириновского – 175, у министра экономики Грефа и генерал-губернатора Александра Лебедя – по 170 баллов. Коэффициент интеллекта российского министра Лесина – 105 баллов. IQ Василия Шандыбина и Виктора Черномырдина, как и у Моники Левински, – 70 баллов…

И все же пресловутый показатель IQ – это еще не сама патопсихология. Диагнозы некоторых представителей российской политической элиты определить несложно, – считает В. Фреш. – Более трети депутатов демонстрируют на заседаниях Госдумы классические образцы патопсихологии, будто «списанные» с медицинских учебников. Драки, сутяжничество, «сверхценные» бредовые идеи, маниакальность, паранойя… Причем многим представителям электората это нравится, и люди с надеждой включают телевизор, чтобы узнать, кому сегодня Жирик набил морду.

Или покупают газеты, чтобы насладиться малограмотными высказываниями министров и губернаторов…

Как людям с патопсихологическими проявлениями удается выбиться «на самый верх»? Доктор Фершт отвечает вопросом на вопрос: «А как удалось прийти к власти и манипулировать целыми нациями Мао Цзэдуну, Гитлеру? Оба – патопсихологические типы…» Есть ли вообще нормальные люди и где черта, отделяющая «норму» от патологии? И существует ли достаточно прочная гарантия, что сами врачи здоровы?

– Нет такой гарантии, – отвечает Виктор Михайлович.

 – И это серьезный недостаток нашего общества, потому что на Западе врачи проходят обязательное медицинское и психиатрическое освидетельствование. У нас ни политики, ни врачи такого освидетельствования не проходят.