Дорогой чужого проклятия

Не было у него плана «Б», «В», и на все остальные буквы алфавита плана тоже не было. И это было плохо. И досадно тоже было. И злость брала. Он старался её отгонять, но она все равно была. То отступала и вилась где-то на краю сознания, то подступала к самому горлу, застилая глаза, и заставляя чуть ли не рычать. На себя, на судьбу с её дурацкими шутками и на девчонку-целительницу, так не вовремя оказавшуюся в портале.

Он действительно выложился почти досуха, чтобы достать совершенно незнакомого ему человека из портала целым и невредимым.

Потому что не любил убивать. И хотя люди в большинстве своём, по его мнению, ничего хорошего не заслуживали, что-то внутри не давало обречь на смерть неизвестного человека. Хотя это упростило бы задачу. И такие мысли, что уж греха таить, были.

Собственно, ван Дейн не был нужен ему живым. Ему нужна была только его внешность и возможность посетить вместо него одно мероприятие, и всё.

На мгновение Шеррайг представил, что не надрывался бы так… и вытащил бы из портала перекрученное, безжизненное тело этой девчонки.

Картинка настолько пришлась не по вкусу, что даже злость отступила. И он ответил-таки на её вопрос:

– Шеррайг.

Забавно, что она его не боялась. Наверняка она уже знает о незавидной судьбе отряда пограничников. Но леса почему-то боится больше чем его. Странная. Это ведь обычный лес.

– А что произойдёт через час? – не унималась целительница. Как там её… Ая. Ая Дорт, узнать её имя было легко – не так много целителей проходит практику в проклятом лесу.

Интересно, за что её туда отправили? За то, что задавала много лишних вопросов?

– Я отсюда уеду, – бесстрастно ответил он. Для себя он уже решил, что возьмёт её с собой – ну не оставлять же тут? Зачем тогда надрывался, вытаскивая живой из портала? Но хотелось поддразнить. Посмотреть на реакцию.

– А… А я? – повелась девчонка. Он нарочито равнодушно пожал плечами, не открывая глаз – и так чувствовал, что она на него смотрит, её взгляд был сродни лёгкой щекотке.

И тут же ощутил чувствительный тычок локтём под рёбра – вот никакого уважения к похитителю!

– Нет уж. Похитил – женись! – процитировала Ая название модной в этом сезоне театральной пьесы. Быстрая какая. И наглая. Лениво поинтересовался:

– А приданое есть?

– Н-нет… – окончательно растерялась Ая. Видимо, предполагалось, что его должно так напугать слово “женись”, что он автоматически согласится на всё что угодно, кроме, собственно, женитьбы. Смешная.