Просветленный Тони

Да, Тони грешил и имел скрытые связи с мелкими жуликами, но он шел на это ради большого дела, он разменивал маленький жетон на суперприз, отнимая его у игрового автомата, который называют «однорукий бандит». И вы, наверное, слышали много разного вздора об этом старике, и это нормально, ведь репутация чистая только у того, кто ни хера не делает, а человеку активному всегда можно приписать чего лишнего, поэтому и у Тони репутация не девственная. Конечно, мне повезло, что я имел честь обменяться с ним парой фраз, потому что таких людей, как он, почти не осталось.

Глава 7. Тони заглядывает к своему информатору

Разбудив дикого «мустанга», я мысленно попрощался с хозяином забегаловки: после такого презента он явно уедет куда-нибудь подальше из этой дыры.

Я кивнул Гарри, который смотрел на меня, стоя у окна в серых разводах. Он махнул в ответ.

Мой железный скакун выехал на большую дорогу, чтобы помочь мне отыскать какого-нибудь узкоглазого парня, разбирающегося в японских иероглифах.

Я чувствовал себя ковбоем на Диком Западе, одиночкой, вставшим на борьбу с краснокожими мерзавцами, украшающими себя разноцветными перьями. Всегда будут те, кто захотят пойти против норм, и всегда останутся парни вроде меня, бойцы, готовые надрать задницы козлам, разрушающим моральные устои. Борьба добра и зла – штука бесконечная, и дерьмо, в которое я сейчас ввязался, воняло именно этой схваткой.

Пока я вилял между консервных банок, неторопливо движущихся по дороге, внутри моей груди все жгло.

Только мой приятель «мустанг» мог понять, каково это – жить с жаром внутри, у него тоже было горячее сердце, и оно также вело его вперед.

Подъехав к порту, я утихомирил двухдверного проказника, с дикого галопа перейдя на темп помедленнее. Ворота в гараж Кислого были заперты изнутри: амбарный замок, который он, уходя, вешал на стальные петли, отсутствовал. Я затормозил. Вокруг было тихо. Я нажал клаксон на рулевом колесе – «мустанг» издал протяжный звук, напоминающий сигнал воздушной тревоги.

Кислый знал голос моего железного друга, но сегодня открывать не спешил.

Я заглушил двигатель, и стало еще тише. Гребаное ничего. Солнце приближалось к зениту, железная коробка нагрелась, и в ней становилось душно, мой кожаный плащ грубого пошива заставлял меня потеть.

После пяти минут ожидания высокие, четырехметровые ворота распахнулись и за ними появился полный силуэт – это был Кислый. Я выбрался из железной капсулы.