Неправильная Сайко Аймара

Первое, чему учат детей лордов – никто не говорит то, что на самом деле думает. И ты не говори. – Как хорошо, что Плащи бдят! А как поймали?

Брат рассказывает, а я слушаю вполуха и всё думаю о голубоглазом мужчине из замка некроманта. Кто он? Некромантом он не может быть. Вот не может, и всё. Кроме того, одному человеку явно не под силу поддерживать замок в таком хорошем состоянии. Мой новый знакомый чистил дорожки, но кто-то же ещё делал еду. И убирал внутри. И добывал дрова, не говоря уже о том, чтобы где-то доставать продукты…

– Он вселился в брата и… хм.

Провёл ночь с его женой.

Экономка неодобрительно хмыкает и звякает кофейником. У неё получается крайне выразительно. Разумеется. При незамужних девушках такое не обсуждают. Но Ирк плевать на это хотел, и я очень это ценю. Если бы ещё он разрешил не выходить замуж…

Колдуна жаль, но он сам дурак. Будем надеяться, что я не дура. Несмотря на настойчивое желание снова навестить проклятый замок.

А мужик тот всё-таки странный… И взгляд у него… Такой.

Какой-то. Вот прям насквозь. А толком и не опишешь. Серьёзный? Пронзительный?

– Сайко…

Экономка ушла, а брат глядит на меня. У него тоже светлые глаза, иногда даже почти голубые, но всё же взгляд совсем другой. Словно бы за Ирком, лордом одной из крупнейших провинций на севере, меньше силы, чем за тем мужчиной, расчищающим снег в небесами забытом замке… Передёрнув плечами, отогнала от себя пугающие, неудобные мысли.

– Ирко, – отозвалась его детским прозвищем.

Обычно он улыбается, но в этот раз серьёзен.

– Ты выбрала?

Качаю головой. Я всё понимаю, но как можно просить человека, который отчаянно хочет жить, выбирать между виселицей, ядом и отсечением головы? Замужество за любым из лордов представляется мне чем-то сродни казни. Да, я знаю, есть долг. И у меня он тоже, наверное, есть. Но они такие… Одному почти сорок, и он уже похоронил двух жён. Двух! Смерть одной жены может быть случайностью, две – уже закономерность.

И я не хочу быть третьей. Другому едва исполнилось семнадцать. Он милый. Наверное. Он краснеет при виде меня, и начинает заикаться и пыхтеть, у него даже руки дрожат. И я бы вышла за него, но отлично понимаю, что через несколько лет он повзрослеет, и по-новому посмотрит на то, что происходит сейчас. Сочтёт себя униженным, и мне не простит. Третий… ему пятьдесят. Как бы цинично ни звучало, возможно, это самый перспективный вариант.