Теория выбора и случайностей. Часть 3. «Перед рассветом, или И снова здравствуй, нечисть!»

Он один. Убиты девять вампиров, одна ведьма и Волк. Равно между ними не поставишь. Рихтер сдох, а Васька, этот ваш Никита и его шестёрки – все живы.

– Да, живы. Предлагаешь их убить? Волк убил Рихтера, защищаясь, и всё равно жалел об этом. Где гарантия, что и мы потом не пожалеем? И ведь между убийством в бою и простым убийством есть большая разница. Если мы начнём их отслеживать и убивать, то окажемся ничуть не лучше.

– Да, – со вздохом согласился Макс. – Тут ты права. Но что же делать?

Девушка горько рассмеялась:

– Я уже месяц спрашиваю себя об этом, но ответа так и не нашла.

Попробуй теперь и ты. Может, получится.

Друзья замолчали и задумались каждый о своём. С вокзала доносился шум поездов, и они слушали его, когда сил думать не осталось. У обоих на душе было тяжко.

Первым нарушил молчание Ахмедов. Он задал вопрос:

– А Дьявола можно как-нибудь убить?

– Думаю, можно, – нехотя ответила Нестерова. – С помощью оружия любой из представителей наших видов может его убить. Но мне кажется, что такой способ весьма ненадёжен: он ведь магией владеет и может как-нибудь… отвести от себя удар что ли.

Наверное, лучшего способа, чем магия, нет. – Девушка посмотрела на вампира. – Насколько я помню, ты как-то говорил, что с магией не очень дружишь. Так что это не для тебя.

– Да. Зато ты с магией дружишь.

– И связана обещанием, – напомнила она. – Это была последняя воля Волка, поэтому я ни за что не нарушу данное обещание. К тому же, он прав. Это не по мне: слишком Владимир Петрович когда-то был мне дорог.

– А… Лёша? – не совсем уверенно осведомился Макс.

– Тем более нет. Способности к магии он потерял, да и в любом случае он отца не тронет.

– Почему?

– Он его любит.

– После всего?! И Куликовых, и Сезовых, и… да всех убили по его приказу! И ведьму эту рыжую. Лизу то есть.

– Лёша во всём винит себя, а не отца. И Лёша – не убийца, Макс. Нет смысла даже рассуждать: даже пожелай он отцу смерти, убить не сможет. Без магии он ничего не сделает.

– А я и забыл про магию.

Оля ведь говорила, что он теперь… ноль. В плане магии я имею в виду, – поспешно добавил мужчина.

Лика мягко улыбнулась.

– Я поняла и так.

Мефистофель поёжился от неловкости и торопливо отвёл взгляд от лица подруги. Она догадалась, что ему неудобно говорить о Лёше, и опустила глаза, чтобы не смущать. Они снова замолчали.

– Ангела, ты прости, что я на тебя наехал, – произнёс смущённо старший сын Дьявола.

– Я не обиделась. Ты прав кое в чём.