Нечисть или Фантики

Трое оставшихся в живых разъехались кто куда.

Глер после этого ещё полгода скитался по больницам и клиникам, но полностью так и не оправился. Речи о возвращении к прежней работе быть не могло. Он скончался от инфаркта в возрасте сорока шести лет, оставив своё научное наследие сыну – Гарри. Парню тогда было шестнадцать, но он уже отлично разбирался в парапсихологии. У него возникла идея возродить организацию, которую когда-то возглавлял его отец.

Пока я рассказывала, в мою комнату под различными предлогами успела наведаться практически вся команда: Марго заглянула одолжить лак для волос; Прик сделал вид, что забыл у меня свой градусник; Рич зашёл, потоптался у двери и вышел, не сказав ни слова.

– Каким же образом собрали новую команду?

– Ну, как… Дали объявление.

– Шутишь?

– Нет. Ты не представляешь, сколько всяких клоунов приходило. Все хотели стать охотниками за привидениями и зарабатывать кучу бабок. Пришлось им объяснять, что работа опасная, а зарплата так себе.

– А бывшие фантомологи ничем не захотели помочь?

– Двоих уже нет в живых, а остальные двое предпочитают не вспоминать об этой работе.

Дани задумчиво повертела в руках плюшевого медвежонка.

– А что вообще требуется, чтобы стать членом команды?

– Да ничего особенного – делай свою работу и не жалуйся. Ты же знаешь, я простой секретаршей начинала. Людей вечно не хватало, и меня стали брать на вызовы в группе поддержки, оружием научили пользоваться.

– Не страшно было?

– Страшновато, но ведь я только подстраховывала. Зарплату повысили. Так что всё, типа, в порядке.

Помолчав немного, Дани вдруг объявила:

– Тогда я остаюсь.

Как раз этого я и боялась.

– А как же учёба?

– Переведусь на дистанционное обучение – делов-то.

– Нечего тебе тут делать.

– Боишься, что поклонников отобью?

– Нет у меня поклонников.

– Ну да, – фыркнула сестрица, – ты этаких плюшевых уродцев с детства не признавала.

– Дани, – попыталась я объяснить, – у нас в прошлом месяце Нику руку оторвало: бластер взорвался от перегрузки…

– Ага, значит, вакансия имеется.

Дани, когда ей перечили, становилась очень злой. И непробиваемой.

«Чего я, собственно, напрягаюсь?» – подумалось мне. В конце концов, босс предпочитает джентльменов… Не в том смысле… Просто работа у нас опасная и физически тяжёлая. Мужская.