Синяя звезда Аурин

Ник вернулся часа через два, и я успела хорошо подготовиться. Сделала на своей кровати силуэт человека, сняла платье, оставшись в штанах и майке, и перетащила табурет на нужное место.

Услышав ключ, метнулась неслышно на табурет и затаила дыхание. Нет, я уже совершенно на него не злилась, но мне было крайне интересно попробовать его победить, пусть даже и застав врасплох. О том, что он может практически рефлекторно меня убить, я как-то не задумывалась.

Ник сделал пару шагов в комнату, и я прыгнула.

План был напрыгнуть сзади и слегка придушить, чисто символически, но скорость его реакции оказалась на уровне – успел развернуться, хорошо хоть отойти не успел. Я всё равно на нём повисла, чуть не расшибив нос о его плечо, но как-то это не выглядело уже безоговорочной победой. Положение усугубилось ещё тем, что имперец не смог удержать равновесие после моего прыжка, а может, и не захотел просто, но в любом случае он сделал два шага назад и, упёршись в кровать, рухнул на неё.

– Ринааа, – протянул этот гад, почему-то поглаживая мои бёдра. – Я же говорил, что не свободен, у меня невеста есть. Держи себя в руках как-то…

И я решила держать. Вернее, держаться… первоначального плана и придушить негодяя. И вовсе даже не символически.

– Но я рад, – сказал он, уже откровенно посмеиваясь и совершенно не обращая внимания на мои руки на своей шее, – что ты снова в своём уме и понимаешь, что я – самый лучший, самый красивый, самый…

– Кто на свете всех милее, всех румяней и белее… – передразнила его я и убрала руки с шеи.

А он свои от меня не убрал, пришлось по ним шлёпнуть.

– Никогда так больше не делай, – вдруг серьёзно сказал Ник. – Не знай я, что это ты стоишь за дверью, ты была бы уже мертва.

И убрал, наконец, руки. Я поспешно слезла с него, перебралась к себе на кровать и уже оттуда спросила:

– Как узнал?

Он молчал, и я уже забилась под одеяло, выпихав на пол муляж, и буркнула "Спокойной ночи", потеряв всякую надежду, как вдруг:

– Слушать стало очень легко.

Мысли я пока, к счастью, не слышу, но мозговую активность ощущаю. – И без перехода. – Спокойной ночи.

– Поговорил я с твоим менестрелем, – произнёс слишком рано утром слишком бодрый и выспавшийся голос имперца.

– Он жив? – спросила я, не открывая глаз.

– Жив, здоров, почему нет-то?

– Жаль, – сказала, накрываясь одеялом с головой – Ник начал что-то насвистывать и вообще вёл себя шумно.