Россия во мгле, 2020. Книга первая

Все соревновались в проклятиях бывшим друзьям и врали друг другу, отцу и матери, и детям, только бы продемонстрировать лояльность „усатому“. Люди ждали ареста со дня на день и врали даже самим себе, даже в дневниках, надеясь, что их прочтут на следствии». […]

Решил он и проблему пленных, освобождавшихся из немецких лагерей. Они должны были расплатиться за то, что не выполнили его приказ – не погибли на поле боя, посмели выжить и оказались в плену. И конечно же, он думал об опасных идеях, которых его солдаты «понахватались» (любимое словечко его пропаганды) в интернациональных лагерях.

Так что судьба их была решена: пережившие годы кошмара вражеского плена и сумевшие всё-таки дожить до победы, прямо из немецких лагерей они должны были отправиться в лагеря советские. «Сто двадцать шесть тысяч офицеров, возвратившихся из плена, были лишены воинских званий и посланы в лагеря», – так говорил маршал Жуков на пленуме ЦК партии в 1957 году.

Печальная судьба ждала и мирных граждан, насильно угнанных гитлеровцами в Германию.

Контакты с иностранцами (тем более с врагами) считались в его государстве неизлечимой заразой, чумой. Зачумлённых следует отделять от здоровых… Так что и они тоже должны были пополнить его лагеря. […]

К 1949 году он (Сталин) создал свою «религиозную» литературу, воспевавшую Богосталина. «Вождь и Учитель», «Корифей науки и техники», «Величайший гений всех времён и народов» – теперь его постоянные эпитеты.

Но были и любопытные, например: «Солнце нашей планеты».

И вот наступил юбилей Богосталина (70 лет). Соратники, уже сходившие с ума от страха, ломали головы, как его отметить. День и ночь газеты и радио должны славить его имя.

Гремит, гремит имя… «Сталин туда, Сталин сюда, Сталин тут и там. Нельзя выйти на кухню, сесть на горшок, пообедать, чтобы Сталин не лез следом: он забирался в кишки, в мозг, забивал все дыры, бежал по пятам за человеком, звонил к нему в душу, лез в кровать под одеяло, преследовал память и сон», – писала в дневнике современница.

Начиная революцию, они обещали в своём гимне: «Мы наш, мы новый мир построим». Построили… Сколько крови, сколько убитых, чтобы пришли Власик, Ежов, Берия – люди этого нового мира. Грядущий Хам, о котором писала русская литература в начале века, победил.

Террор 30-х годов должен был создать единое общество, безоговорочно подчиняющееся воле Хозяина».