Дежавю

Цвет его густых уложенных волос, как и год назад, навевал мысли о молочном шоколаде, а гладко выбритое лицо все еще казалось мне совершенным. Черты лица были довольно резкими, во многом поэтому красота Астахова не казалась приторной, наоборот, идеально подчеркивала твердость его характера и строгость.

Одного взгляда на этого придурка хватило, чтобы я вспомнила, почему когда-то в него влюбилась.

Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.

Меня накрыло сильнейшее чувство дежавю, когда он обвел взглядом собравшихся. Прямо как в тот самый первый день…

– Итак, – Астахов уселся за свой стол.

 – Как вы уже поняли, помимо преподавания «Институциональной экономики», я так же буду куратором вашей группы. Но это еще не все.

Он щелкнул ручкой, перехватил ее поудобнее и снова положил перед собой список группы.

– Поднимите руку и назовите свою фамилию все, у кого в этом году научный руководитель Анна Юрьевна Тарасова, – сказал он, всматриваясь в лица студентов.

Всех, за исключением меня.

Я забыла, как дышать, и желала только скорее проснуться, чтобы все это оказалось жутким ночным кошмаром.

Потому что было понятно, к чему задан вопрос, и к такой реальности я была не готова.

Когда Миша Фетисов назвал себя и последним опустил руку, на секунду мне показалось, что Астахов облегченно выдохнул. Мне бы и самой очень хотелось, чтобы Миша правда был последним, но увы.

Сделав глубокий вдох, я поняла руку.

– Власова, – пришлось собрать всю силу воли, чтобы выдержать пристальный взгляд преподавателя, от которого мне стало совсем дурно.

Занесенная над листком на миг дольше необходимого ручка и еще одна быстрая пометка в списке, очевидно, возле моей фамилии.

Астахов поднялся на ноги и вернулся на то же место перед столом. Когда аудиторию снова заполнил его низкий, бархатистый голос, я была уже на грани обморока из-за острой нехватки кислорода.

– К сожалению, состояние здоровья не позволяет Анне Юрьевне уделять достаточное внимание своим студентам, поэтому она передала свою группу мне, как и все вопросы, связанные с вашими курсовыми работами.

– Тимур Андреевич, – лилейным голосом обратилась Захарова, игриво накручивая на палец волосы. – А индивидуальные консультации будут проводиться?

Не знаю, чему Астахов удивился больше: что его перебили, самой постановке вопроса или томным ноткам в голосе Инны.

Лично я ставила на комбо.

– Дистанционно, – сухо бросил он и мельком взглянул на меня, прежде чем продолжить свою речь.