Сарсет

Слезы счастья на ее щеках, когда она кивала Спенсеру, принимая его предложение.

Брайс, который знал меня меньше получаса, терпеливо ждал, когда волна боли немного отступит и я успокоюсь. На протяжении всей моей истерики он молча прижимал меня к себе, давая столь необходимое в такие моменты чувство защищенности, хотя никогда еще моя душа не была настолько распахнута перед кем-то.

Когда от истерики остались только всхлипы и тихое поскуливание, Брайс выпустил меня из объятий и пальцами поднял мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Позволишь пригласить тебя в дом? – осторожно спросил он.

Сдерживая очередной поток слез, я кивнула. Брайс поднялся на ноги, помог встать мне, и мы направились в сторону дома.

Внутри меня была лишь пустота, огромная черная дыра вместо сердца. Потеряв самого близкого человека во всем чертовом мире, я чувствовала, что большая часть меня умерла вместе с Лилли, оставив лишь оболочку.

Каждый шаг отдавал болью, которая вновь атаковала все мое тело, а после пережитого срыва сил почти не осталось.

Если бы не Брайс, я бы точно упала, но парень весь путь осторожно придерживал меня за талию. Я была благодарна, что он не стал таскать меня на руках, вынуждая чувствовать себя еще более жалкой.

– Осталось немного, Лив. Скоро станет легче, обещаю, – сказал он, когда я в очередной раз споткнулась и не сдержала стон. – Я бы донес тебя, но ведь ты снова начнешь драться.

– Даже не сомневайся, – я выдавила улыбку.

Он помог мне преодолеть несколько ступенек, ведущих на просторную веранду, и вскоре мы оказались в огромной гостиной.

Брайс провел меня в центр комнаты и усадил на мягкий диван.

– Сейчас вернусь, – сказал он и сразу удалился.

Я была не в состоянии рассматривать обстановку, но все же заметила, что местная мебель похожа на ту, что я видела в домах аристократов, когда путешествовала по Европе. Только тут не было такого количества позолоты и ярких орнаментов – вся красота в простоте.

Закрыв глаза, я откинулась на мягкую спинку дивана и вновь сжала виски.

Не знаю, сколько так просидела, но очнулась от голоса Брайса.

– Вот, нужно это выпить, – он протянул мне небольшой пухлый стакан из светлого дерева и без ручки.

– Что это? – спросила я, принимая тару и принюхиваясь.

– Травяной отвар, – сказал он. – Целебный. Поможет заживить твои ссадины и повреждения.

Горе от потери подруги затмевало все вокруг, но я знала, что бы сейчас сказала Лилли.