13 несчастий Геракла

– Несколько лет автопортрет жены висел в гостиной, потом на нем неожиданно опять появилась пурпурная отметина, – замогильным шепотом продолжала экономка, – в том самом месте, где прикоснулась кисточкой несчастная Глафира. Петр Фадеевич чуть не скончался от ужаса, когда увидел пятно! Он к тому времени уже был женат во второй раз! И знаете что?

– Что? – обалдело спросил я, чувствуя, как по спине отчего-то бежит дрожь.

– Его новая супруга Варвара была обнаружена на следующий день мертвая, в гостиной, около картины, – зашипела экономка, – в шее бедняжки торчали ножницы.

А пятно таинственным образом пропало с полотна!

Я попытался улыбнуться. Когда-то в детстве мы с приятелями обожали страшилки. Перед глазами встал чердак дачи Тины Рой. Вот мы, стайка детей, мальчиков и девочек, бросаем велосипеды во дворе. На пороге появляется тетя Эстер и радушно зазывает всех пить чай. Наевшись вкусных плюшкек, мы залезаем на чердак и начинаем рассказывать безумные истории: про торт с красной розой, из которого выскакивает рука, про перчатку, которая душит своего владельца, про куклу, убивающую хозяйку, про страшное подземелье… Заканчивалась забава всегда одинаково.

С громким визгом мы неслись по шаткой лестнице вниз и налетали на тетю Эстер, укоризненно качавшую головой.

– Ну сколько можно заниматься глупостями, – сердито говорила она, – лучше съешьте шоколадный торт, Наташа его только что испекла.

Развлекались мы подобным образом лет до четырнадцати, а потом повзрослели и перестали пугаться. Но, похоже, Лариса Викторовна осталась в глубоком детстве, потому что сейчас она с самым серьезным видом вещала:

– А потом, ночью, к Петру Фадеевичу явилось привидение.

Призрак Глафиры сообщил, что каждый раз, когда на портрете возникнет пятно, в дом Кузьминских явится смерть!

Я постарался не рассмеяться. Дожить до седых волос и верить в такие глупости!

– Кто же поведал вам сию ужасную историю? – не утерпел я.

– Белла, – ответила Лариса.

– И вы поверили девушке? – улыбнулся я.

– Но Сергей Петрович подтвердил, правда, весьма неохотно.

Сказал: «Была у нас такая неприятная семейная история, но у кого их нет?»

Я помешал ложечкой кофейную гущу.

– Да, захватывающее повествование, только вы перепутали немного. Пятно-то на месте.

– Где? – пролепетала Лариса.

– На портрете, я только что видел.

– Не может быть, – запинающимся голосом сказала экономка, – вчера ничего такого я не видела. Вы ошибаетесь.

– Пойдемте посмотрим? – предложил я.