Моё любимое «Я»

Я сижу дома один. Сначала со мной сидели няни. Иногда – бабушки. Но по большей части они мне были не нужны. Я легко оставался один, занятий у меня было предостаточно. Игрушечные бои, замки из кубиков, да мало ли занятий может придумать себе человек! А потом мне показали книги. И я пропал. Сначала я смотрел картинки, как одержимый, пытаясь расшифровать символы по ним. Видя моё упорство, меня стали обучать грамоте. Было мне тогда четыре года. Желание научиться читать было настолько сильным, что я схватывал на лету, запоминал буквы, соединял их в слова – и вот я уже медленно читаю.

Затем все быстрее и быстрее. Стопка в пятьдесят тонких книг заменила в то время няню и бабушку. Чтение стало моим страстным желанием. Но, кроме книг, мне стало интересно познать мир, потрогать его, почувствовать. Дом был закрыт снаружи на замок, но я, слегка поразмыслив, догадался, как можно выбраться. Это было просто! Я был щуплым мальчишкой, мог пролезть в очень узкое отверстие и кошачий лаз в двери сарая стал для меня выходом в мир. Сарай прилегал к дому, и было без разницы – заперта входная дверь или нет, я выходил через черный ход. Поначалу это забавляло меня. Начитавшись до одури и желая подышать свежим воздухом, я преодолевал массу препятствий – отодвигал тяжеленный баллон с газом, задержав дыхание, пролезал в дверной проём кладовки, натыкаясь на разные склянки, колеса, ухваты – доползал до кошачьего лаза и вот она, СВОБОДА! Но однажды меня поймали, и кошачий лаз был немилосердно заколочен с обеих сторон. Тогда я придумал другой способ вырваться на свободу. Я случайно увидел, как родители, закрыв дверь на замок, спрятали ключ на дно почтового ящика. Раскрыв этот секрет, я попросил соседскую девчонку открыть замок, объяснив, где лежит ключ. Оказавшись на свободе, я бежал сломя голову куда только глаза глядели. А глаза глядели по-разному. Сначала я исследовал свой небольшой садик и огород. Здесь водилось много интересной живности, и я мог часами рассматривать, как собирают и несут травинки и прочие «стройматериалы» муравьи, как мухи, жужжа, перелетают с одного нагретого солнцем места на другое, как паук прядет свою ловчую сеть. Иногда я впадал в задумчивость. Я думал, почему родители со мной не играют? Почему они покупают много игрушек, книжек, приглашают нянек, а сами все время где-то заняты? Может, я и не нужен им вовсе, может, я вовсе не такой хороший, как хотелось бы? Обида росла и копилась во мне. Иногда эта обида прорывалась в злость.