Град художников

– Эллен! – с деланным восторгом воскликнул толстый мужчина в полосатом жилете. – Проходи. Я тебя заждался. Решил уже, ты не приедешь.

Он развалился в кожаном кресле и даже не подумал встать перед дамой. Она кивнула и села напротив, сложив руки в замок на подлокотнике.

– И вот я здесь. Мне же важны наши договоренности, – со сдержанной улыбкой произнесла та, кого назвали Эллен.

– Ой ли, – хрюкнул Гровер и открыл небольшой деревянный ящик.

«Сейчас он начнет раскуривать сигару, бросаться тупыми шутками и всеми доступными способами тратить бесценное время, – мысли женщины тянулись расплавленным гудроном.

 – Знает, гад, что у меня астма. Хорошо, что у него аллергия на собак. Находить утешение в страданиях других низко. Но иного отношения этот урод и не заслуживает».

Действительно, Дуайт начал чесать нос и глаза.

– Бонни и Клайд, – пробормотал он. – Хотите косточку? Папочка угостит вас.

Гровер достал из ящика стола кость размером с ладонь и помахал перед собаками.

Они не сдвинулись с места. Дуайт шмыгнул носом и недовольно пробурчал:

– Что за клички для псин? Ты сама придумала? Учти, они дурно влияют на характер. Я бы назвал их Глиста и Дрыщ. Им гораздо больше подходит.

Он зашелся от смеха. Двое охранников возле двери вторили ему со всем усердием.

Женщина закатила глаза. Пока она дожидалась окончания представления, осматривала кабинет, в котором бывала уже много раз. За это время менялись только охранники. Дуайт устраивал своеобразную ротацию своих работников.

О текучке кадров был наслышан весь Сити, но желающие отхватить жирный кусок за счет грубой силы всегда находились.

Кабинет был обставлен с максимальной безвкусицей. Из относительно приличного были только обои и деревянный пол, сделанные еще во время строительства квартала. На стенах висели, покосившись, аляповатые картины – преступление для главы Града художников. В углу протертый жирным задом диван с некогда красной обивкой. На полу лежал режущий глаз ковер с изображением полуголой девицы.

По углам пыль и мелкий мусор. А в центре кабинета на постаменте золотой бюст, в котором угадывались черты лица Дуайта. Его жирная голова сидела на накаченном теле и направляла пистолеты в разные стороны. Эллен была уверена, что таким мужчина никогда не был.

Кость, которую Гровер не смог скормить животным, лежала на массивном дубовом столе и отчаянно смередила. Обычно рабочие столы управленцев завалены бумагами.